Подводные кладбища кораблей в Авачинской бухте грозят экологической катастрофой

На Камчатке чистят Авачинкую бухту. Она стала последним пристанищем для десятков кораблей, в том числе и военных. Подъем судов на поверхность — работа трудоемкая и дорогая. Но необходимая: экосистема бухты под угрозой

ыболовный траулер «Светлый» на дне пролежал полтора года. Брошенный у причала корабль затопили охотки за металлолом, которые выкрутили латунные заглушки в трюме. Чтобы заново поднять судно, потребовались команда рабочих, водолазы и плавучий кран. Подъемные работы занимают несколько дней. Вначале тросами судно отрывают от грунта. Внутрь корпуса опускают насосы и выкачивают воду. Тем временем водолазы заделывают пробоины специальными стальными заплатками.

Только по официальным данным Росприроднадзора на дне Авачинской бухты лежат 70 различных кораблей. Эта цифра далеко не полная. Военные и рыбацкие суда возле берегов бросают уже на протяжении сорока лет. Дайверы-любители, которые погружаются в этих районах, говорят, что подводные кладбища больше похожи на города со своими улицами и высотками. «Там лежит подводная лодка времен войны, — рассказывает дайвер Игорь Вжещ. — На ней сверху стоят еще корабли, там просто завалы! Я думаю, все эти корабли не очищали от нефтепродуктов».

Остатки топлива и моторного масла — не единственная угроза экосистеме бухты. Металлы, которые содержатся в трубопроводах, проводах, навигационном оборудовании, попадая в соленую воду, окисляются и отравляют море. «На среднем гражданском траулере бывает около 30 килограммов кадмия, — объясняет Андрей Пазенко, директор утилизирующей компании. – Более сильные яды — только ртуть и мышьяк. Они тоже содержатся в различных приборах. Это тяжелые металлы, они никуда не денутся, они останутся в бухте».

Согласно закону, все затраты по утилизации старых траулеров и сейнеров должен нести их владелец. Но большинство «утопленников» регистрировались фирмами-однодневками для прикрытия нелегального промысла крабов. В черте города есть бухта, куда свозили арестованные за браконьерство корабли. В море они выходили под флагами африканских государств или даже Монголии. Владельцам нелегального бизнеса проще каждый раз нанимать новый траулер, чем выкупать свое имущество у государства. В итоге корабли остаются в бухте годами, пока не превратятся в кучу ржавого железа.

Брошенные корабли навсегда могут остаться мертвым грузом. Но экологической ситуации в силах помочь экономическая. Цена на килограмм металлолома за последние несколько лет выросла почти в два раза. «Раньше цена на металл не покрывала даже расходов на подъем, — говорит инспектор отдела по надзору на море Росприроднадзора Павел Киселев. – А сейчас фирмы, у которых есть мощности для подъема, перекупают суда у обанкротившихся фирм».

Бизнес по утилизации затонувших кораблей на Камчатке еще только начинает развиваться. К работе уже приступили сразу несколько частных компаний. По предварительным оценкам, на ликвидацию корабельных кладбищ в Авачинской бухте потребуется минимум десять лет.