Если прорыв Южного Лонака готовился годами, и его признаки были заметны на спутниковых снимках, то сколько ещё озёр в Гималаях сейчас находятся в той же критической точке? И сколько людей погибнут, когда учёные в очередной раз заявят, что система мониторинга не справилась?

Если 6 процентов смертей в благополучной европейской стране — это добровольный уход, а среди умерших находят подростков, чей мозг ещё не сформирован, то где граница между правом распоряжаться своей жизнью и государственной программой избавления от неудобных?

Если растительное мясо и заменители молока продолжают наводнять полки супермаркетов, а каждый образец в исследовании оказался заражён, значит, проблема не в плохой партии. Проблема в самой технологии. Зерно, соя, овес и миндаль — сырьё для этой пищи — поражены грибком по определению.

Пока солдаты гибли на фронте, в тылу, в учебных центрах, психиатры и гипнотизёры искали способ создать покорного солдата. Они ставили опыты на военнопленных. Стирали память. Впрыскивали наркотики. Проверяли, сколько выдержит мозг. И вели отчёты.

Если люди жили в организованных поселениях на севере Канады уже через тысячу лет после отступления ледника, то где границы их расселения? И почему следы этой культуры до сих пор не находили? Ответ, возможно, лежит под слоями почвы, которые никто не копал. Потому что никто не верил, что там можно что-то найти.

Если в следующие месяцы огненных шаров не станет меньше,ученым придётся признать: в космосе, прямо сейчас, происходит нечто, что учёные не фиксируют. Или фиксируют, но не понимают.

Свыше 2,3 миллиарда христиан по всему миру читают Новый Завет. Почти половину этого текста, включая Послание к Римлянам, первое и второе письма к Коринфянам, составляет человек, который никогда не встречал живого Христа. Его звали Павел.

Вулкан Купреаноф никогда не извергался в истории наблюдений. Что произойдёт, когда магма, уже поднявшаяся с 20-километровой глубины до 5 километров, двинется дальше — не знает никто. Спутники видят газ. Сейсмометры за 16 километров регистрируют толчки. Этого достаточно, чтобы сказать: магма идёт. Этого недостаточно, чтобы сказать, чем это кончится. Изучили вулкан плохо. Предсказать его поведение невозможно. 

Извержения угрожают 249 тысячам жителей столичного региона Рейкьявик. Частицы вулканического пепла могут достичь города в течение нескольких часов после начала извержения. Медицинская статистика связывает такие выбросы с экстренными госпитализациями по поводу сердечно-лёгочных проблем.

Если в 1859 году телеграфные искры поджигали бумагу, то сколько трансформаторов взорвётся сегодня, когда напряжение в линии упадёт до ноля и загорится масло? И сколько часов понадобится, чтобы целые страны остались без электричества — и без надежды его быстро вернуть?