29 июля 1203 года до нашей эры, в период, известный как эпоха Нового Царства, над Египтом произошло нечто, что современные исследователи считают одним из самых подробно задокументированных, но намеренно забытых случаев массового контакта с нечеловеческим разумом.

О том, как чудеса в Лурде развеяли скептицизм XIX века: Илер Беллок о вере, материализме и европейском мышлении.

В римском музее Палаццо Массимо алле Терме хранится мозаика, найденная при раскопках Помпей. На ней, среди винограда, инжира и граната, изображён плод с чешуйчатой кожурой и хохолком из листьев — нечто, поразительно напоминающее ананас. Это не единичный случай.

На протяжении веков западная египтология представляла древнеегипетское учение о душе как сложный, но сугубо религиозный механизм подготовки к загробной жизни. Триада Ка, Ба и Ах трактовалась исключительно как инструкция для умерших. Однако более внимательный и свободный от доктринальных рамок взгляд на источники позволяет увидеть иную картину.

Историю, как известно, пишут победители, а канон священных текстов формируют те, кто обладает религиозной властью. Но что происходит с теми свидетельствами, которые не вписываются в создаваемую картину мира? Они исчезают в глубине пещер, стираются из официальных летописей. Однако иногда забытые манускрипты возвращаются, чтобы бросить вызов устоявшимся догмам.

Гипотеза о плазменных формах жизни и сознания бросает вызов не только нашей биологии, но и самой нашей роли во Вселенной. Возможно, разум — не уникальное свойство углеродной материи, а более универсальный феномен, способный проявляться в плазменных средах от земных долин до глубин космоса.

В 2020 году неподалеку от Стоунхенджа в районе неолитического поселения Даррингтон-Уоллс, в котором предположительно жили строители мегалитического комплекса, обнаружили серию больших ям. 

В 1893 году, в сердце Зулуленда  («Земля зулусов»), американский иллюзионист профессор Гарри Келлар стал свидетелем события, которое выходило за границы любого сценического представления. В резервации Данна, при свете костра, местный колдун продемонстрировал ритуал, объединивший силу духа и материи способом, непостижимым для западного ума.

В рамках эсхатологических учений четырёх мировых религий — христианства, ислама, индуизма и буддизма — обнаруживается поразительное структурное сходство. Каждая традиция пророчит появление в период глобального кризиса харизматичной фигуры, призванной восстановить порядок, справедливость и единство.

Церковь представляет собой классический образец эфиопского скального зодчества, сравнимый с более известными храмами в Лалибэле, но с критически важным отличием: она не вырублена сверху вниз в толще скального плато, а встроена в естественную пещеру на почти вертикальном обрыве. Дороги к ней нет. Путь к церкви является ритуалом и испытанием одновременно.