"Смягчение" денежной политики как инструмент самоподдержания кризиса.

02.12.11 Спецификой современного экономического «мэйнстрима» является применение статистики везде где можно и где нельзя. Особенно там, где смысла не имеет. Вот и недавно вышли данные по тому, сколько центробанков смягчили свою монетарную политику.

Агентство Bloomberg сообщило, что центробанки в различных регионах мира предпринимают самые масштабные меры смягчения денежно-кредитной политики с 2009 года. Это всё для того, чтобы предотвратить обвал мировой экономики из-за углубления долговых проблем еврозоны, считают специалисты агентства. По их данным, за последние три месяца Европейский центральный банк (ЕЦБ), а также Федеральная резервная система США, Банк Англии и центробанки ещё девяти государств в той или иной форме увеличили поддержку экономики. По оценкам аналитиков JPMorgan Chase & Co., до конца марта 2012 года ЦБ ещё шести государств, включая Мексику и Швецию, вероятно, снизят базовые процентные ставки, чтобы сдержать замедление экономического роста.

Количество уже смягчивших политику центробанков является максимальным с третьего квартала 2009 года, когда таких учреждений было 15. При этом в число стран с экспансионистской монетарной политикой вошли Индия и Бразилия, которым подобный шаг грозит резким обострением инфляционных проблем.

У нас, конечно, нет такого количества информации и аналитики, как у "Блумберга" и других упомянутых агентств. Но зато объём информации мы можем компенсировать качеством его обработки. И отметить, что сегодня у центробанков есть два варианта действий.

Первый – ужесточать денежную политику, то есть углублять долговой кризис. Это неминуемо повлечёт за собой массовые банкротства, прежде всего, финансовых институтов, роль и масштаб которых за время кредитного стимулирования экономики сильно вырос.

Второй вариант – наоборот, начать поддерживать финансовые институты, для того, чтобы они могли сохранить свою долю в структуре экономики, не соответствующую ни реальному сектору, ни конечному спросу. Понятно, что центробанки, по сути своей обязанные беречь именно финансовый сектор, предпочитают второй вариант, а вовсе не первый, вопрос только в масштабах и географии – кто будет поддерживать свою финансовую систему первым, а кто вторым.

Теоретически, конечно, банки могут перейти и к первому варианту, соответствующие предложения всё время озвучиваются. В том числе и потому что первый уж очень затягивает кризисные процессы. Кроме того, некоторые ещё помнят времена «Великой» депрессии, когда в результате дефляционных процессов самые крупные банки (у которых всегда был доступ к эмиссионным ресурсам) смогли по дешёвке купить практически всю экономику.

Однако с тех пор много изменилось. И падение уровня жизни населения будет много сильнее, и явный враг отсутствует (сделать его из исламского терроризма явно не получилось), и качество государственного управления сильно упало. И при этом очень страшно принимать решения, поскольку не очень понятно, кто и как будет за это отвечать. В результате отдельные голоса о том, что «ужасный конец лучше, чем ужас без конца», тонут в потоке воплей о том, что нужно срочно печатать деньги, ибо это «почти наверняка» к «следующему кварталу», ну, самое долгое, через полгода, приведет к экономическому росту.

Самое замечательное состоит в том, что процесс носит самоподдерживающийся характер. Тот, кто быстрее обесценивает свою валюту, получает локальные преимущества и некоторую передышку, отсюда разные «парады девальваций», «торговые войны» и так далее. И в результате практически никто из денежных властей сколько-нибудь крупных стран не может отказаться от эмиссии или других инструментов смягчения денежной политики.

Это принципиально влияет на финансовую систему. Если раньше прибыль в основном получалась в результате перераспределения кредитной эмиссии под фиктивные финансовые активы (с выводом части её в активы реальные), то теперь – путём перераспределения эмиссии денежной. Понятно, что реальный сектор такого источника не имеет и иметь не может, а значит, ещё более проигрывает финансовому сектору, масштаб структурных диспропорций все время увеличивается. Это чём-то похоже на ситуацию в Греции: снижение социальных выплат с целью оздоровления госфинансов привело к падению спроса, снижению ВВП и, как следствие, увеличению доли долга по отношению к ВВП, то есть углублению долгового кризиса.

Понятно, что поскольку вся прибыль в экономике в результате концентрируется в финансовом секторе, то и роль его возрастает, а значит, вероятность перехода к более или менее рациональной политике падает. Скорость эмиссии будет только возрастать – что вряд ли оздоровит общеэкономическую ситуацию.

Так что ничего нового финансовые эксперты не открыли. Они только подтвердили те тенденции, которые легко вычисляются с точки зрения фундаментального анализа. Другое дело, что этот анализ (как, впрочем, и анализ статистики) так и не даст ответа на вопрос, когда к очередному раунду «количественного смягчения» перейдет ФРС США, а также, каких масштабов достигнут инфляционные процессы к тому или иному моменту времени. Для ответа на эти вопросы нужен более тонкий анализ, затрагивающий не только экономические, но и политические процессы.

www