Иллюзорное королевство

Люди, объявляющие себя королями несуществующих в реальности королевств, не являются столь уж большой редкостью. Однако истории известны и целые династии таких чудаков. О династии королей иллюзорного королевства Араукания и Патагония сегодня и пойдет речь.

Аврелий Антоний I

Первого короля Араукании и Патагонии Аврелия Антония I на самом деле звали Орели Антуан Тунем. Он был сыном мясника из Туртуарака в Дордони, начинал свой трудовой путь стряпчим в Периге, но гордо именовал себя потомком могущественных, живших «еще до римского завоевания» вождей и сменил свою фамилию на де Тунен. В 1860 году ему пришло в голову отправиться в Южную Америку, где на ее южной оконечности, недалеко от Огненной Земли, на территориях Араукании и Патагонии индейцы племени мапуче вели неравную борьбу с чилийцами и аргентинцами, стремившимися в поисках новых сельхозугодий присоединить их земли к своим территориям. Там он встретился с группой лонко – верховных вождей мапуче, – которые избрали его своим королем под именем Аврелий Антуан I. Возможно, они надеялись, что их борьба станет успешнее с участием европейца, который будет представлять их интересы и действовать от их имени. Впрочем, до сих пор поговаривают, что де Тунен обильно подпаивал храбрых касиков водкой, вынуждая принять нужное ему решение.

В тот же день Аврелий Антуан I обнародовал очень подробную конституцию на французском языке, что встретило единодушное одобрение. Он также придумал трехцветный флаг с синей, белой и зеленой полосами, объявил столицей королевства город Перкенко и даже отчеканил монеты страны с надписью Nouvelle France (Новая Франция). Но вскоре после этого новоиспеченный король был схвачен пятью чилийскими солдатами с капралом во главе. Следующие девять месяцев де Тунен провел в тюрьме и психиатрической клинике, что было вполне оправданно, если учитывать его несколько странное поведение. В конце концов, его депортировали во Францию.

В Париже король Араукании и Патагонии стал взывать к французской нации, публикуя манифест за манифестом – ведь его королевство имело и второе название – Новая Франция. Он быстро превратился в мишень для насмешек газетчиков. Ну, еще бы! Этот человек, назвавшийся королем, затеял сбор средств, который чуть не довел его до суда, и написал обращение к Папе Римскому, убеждая того отменить отлучение от церкви, которому ранее подвергся как франкмасон. После чего во второй раз отправился в Южную Америку.

И все-таки Антуан I ухитрился заинтересовать своими идеями если не правительство, то, по крайней мере, нескольких чиновников, и те предоставили ему проезд на военном корабле «Д’Антрекасто». На сей раз он двинулся через Аргентину. Преодолев огромное расстояние практически в одиночку, де Тунен снова собрал представителей лонко, назначил не умевших даже читать людей министрами, сделал их кавалерами ордена Стальной короны, который тут же и основал, после чего, заметив, что ему явно не хватает средств, опять вернулся в Париж.
Де Тунен подписывал обильную корреспонденцию, в которой объявлял президентам и министрам всех стран о возникновении собственного государства, и предлагал странам Южной Америки создать федерацию.

 

Аврелий Антуан I учредил «совет», награждал своих друзей орденом Стальной короны и раздавал им герцогства со странными названиями. Он побывал в Лондоне, где вел переговоры с каким-то банком о займе в пятьсот миллионов фунтов, но успеха не имел; затем открыл подписку, собирая средства на «Компанию по колонизации и эксплуатации». Этот упрямец совершил еще две экспедиции в Аргентину, но уже с запасом оружия и боеприпасов.

Де Тунен был возвращен на родину, брошен там в тюрьму, выйдя, дошел до полной нищеты и отправился умирать в родную деревню, к своему племяннику, тоже мяснику. Дети по всей округе потешались над «королем». Он угас в больнице, и священник, который его соборовал, пожертвовал простыню ему на саван.

Ахилл I

Но обнищавший король успел в 1878 году назначить преемником своего кузена, торговца шампанским Гюстава Ахилла Лавьярда. Сначала тот был провозглашен принцем Аукасским и герцогом Киалеонским, а затем и новым королем Араукании и Патагонии под именем Ахилл I. Это был человек совсем иного склада, но ничуть не уступавший де Тунену в странностях. Лавьярд называл себя потомком знатной ирландской семьи, эмигрировавшей во Францию при королеве Елизавете. Его отец, владевший прядильней в Реймсской области и импортировавший шерсть из Аргентины, обеспечил дитяте вдобавок к образованию в Императорском лицее частное обучение нумизматике, геральдика, плотницкое дело, окрашивание тканей, изготовлению шампанских вин, красноречию, катанию на коньках, игре на рожке, верховой езде, фехтованию, оккультным наукам, бильярду, езде на велосипеде и стрельбе из пушки.

Лавьярд был довольно бонапартистом и даже присутствовал на похоронах Наполеона III в Чизлхерсте. Он сражался волонтером в Тунисе. При этом новый король успевал немного заниматься воздухоплаванием, а также был почетным великим магистром 97-й степени посвящения в ритуале «Мемфис и Мицраим». Степень эта была создана для Джузеппе Гарибальди, чьим преемником в этом ордене он и стал. Что не мешало ему быть в наилучших отношениях с иезуитами, францисканцами, салезианцами и несколькими прелатами Римской курии. Успевал Лавьярд вести и некие дипломатические миссии от имени Республики Сан-Марино. К тому же якобы именно им был придуман способ закупорки шампанского и состав пасты для притирки паровых кранов.
Ахилл I, о чем можно говорить достоверно, придумал себе адмиральский мундир. Бородка, широкая лента Стальной короны через объемистое пузцо, на груди прочие ордена, которые успел измыслить де Тунен… Как сообщает французский историк и писатель Морис Дрюон, в его нелепости было даже некоторое величие. Когда он входил в ресторан, персонал обращался к нему «ваше величество». При нем королевские «совет» и «свита» насчитывали более полусотни человек.

Ахилл I держал дипломатическую миссию на улице Лафайет, где с большой помпой принимал недавно приехавших в Париж послов, когда те попадались на его удочку, как, например, посол персидского шаха. Лавьярд учредил консульства Араукании в Лондоне и ряде городов Италии. Журналисты, следует полагать, подкупленные, защищали его «дело» во французских и заграничных газетах. Длинное письмо этого странного человека демократу Стивену Кливленду с поздравлениями по поводу избрания на пост президента США вполне могло бы фигурировать в какой-нибудь антологии фантастической литературы: «День, когда правительство Соединенных Штатов соблаговолит официально признать арауко-патагонскую автономию, предоставит мне место на всех американских конгрессах…»
У Ахилла I возникли некоторые неприятности с правосудием из-за сомнительного дела о наградах, после чего в 1902 году он скончался от апоплексического удара. Через несколько недель после его смерти в Париж прибыла делегация индейцев, самых настоящих арауканских вождей. Они явились, чтобы воздать своему королю погребальные почести.

Династия продолжается

Третьим королем Араукании и Патагонии стал под именем Антуан II врач, художник и писатель Антуан Крос – между прочим, прадед Мориса Дрюона по материнской линии. В свое время де Тунен сделал его герцогом Ниакательским и назначил канцлером. По смерти же Ахилла остаток «совета» решил передать ему и призрачную корону. Новоявленному королю было тогда шестьдесят девять лет. Ему, по крайней мере, хватило здравомыслия не принимать себя слишком всерьез.

В декабре 1902 года король Великобритании и Ирландии, император Индии Эдуард VII, вынося третейское решение, определил границы раздела Араукании и Патагонии между Чили и Аргентиной. Антуан II всколыхнул волну протеста против «этой узурпации и дележа своих территорий» и воззвал «к совести всех наций». Но самыми заметными событиями его правления были, кажется, сбор средств, затеянный его друзьями, желавшими преподнести ему шпагу, и банкет, устроенный им самим в день арауканского национального праздника в ресторане «Дрюэль», который наверняка выбрали из-за его расположения на Тронной улице.

Царствование Антуана II было недолгим – он умер в 1903 году. Затем последовали два малоприметных царствования: королевы Лауры Терезы I и короля Антония III. Наконец, в 1952 году бразды правления принял принц Филипп I, скромно объявивший себя лишь претендентом на престол. Много лет он раздавал Большой крест ордена Стальной короны простакам, которых хотел привлечь к своему делу, льстя их тщеславию. В 1988 году вошедший во вкус Филипп Бойру организовал чеканку серии памятных монет королевства из мельхиора, серебра, золота и палладия. Посетив однажды Чили и Аргентину, он был встречен в штыки местными СМИ. Со стороны организаций индейцев мапуче он тоже получил холодный прием.

А 12 апреля 2008 года некий потомок Аврелия Антония I взял да и провозгласил себя… императором Арауканским и Патагонским под именем Антоний IV. Бойру, судя по всему, сие безобразие не признал законным, и в иллюзорном королевстве приключилось двоевластие.

В этом году появились известия, что законным правителем королевства стал Антоний IV. Связано ли это с возможной смертью принца Филиппа I или чем-то другим, право, судить не берусь.