Солнечная супербуря: следующий выброс плазмы может оставить человечество без света на годы

Оно дарит нам тепло, свет и саму жизнь. Каждое утро мы видим его лучи, просыпаемся, пьем кофе и отправляемся по делам, не задумываясь о том, что этот привычный желтый шар в небе таит в себе угрозу, способную за несколько часов уничтожить все достижения современной цивилизации. Ученые, изучающие космическую погоду, все чаще говорят о том, что мы спим на вулкане. И вулкан этот — наше собственное Солнце.

Ночь, которую не забудут

Сентябрь 1859 года. Английский астроном Ричард Каррингтон смотрит в телескоп на дневное светило и замечает странную вспышку. Яркую, необычную, но, в общем-то, рядовую для того, кто наблюдает за звездой годами. Он еще не знает, что через несколько часов телеграфные провода по всей планете начнут плеваться искрами, операторы получат удары током, а небо над половиной мира зальется алым и зеленым сиянием таким ярким, что люди в Новой Англии проснутся посреди ночи, решив, что горит весь город.

Они выбегали на улицы и смотрели в небо, не понимая, что стало свидетелями самого мощного удара космоса по Земле за всю историю наблюдений. Северное сияние, которому положено танцевать у полюсов, раскинулось до самой Кубы и Мексики. В Скалистых горах оно светило так ярко, что золотоискатели начали готовить завтрак, приняв полночь за утро.

Но главное происходило там, где люди соприкасались с электричеством. Телеграф — последнее слово техники того времени — сошел с ума. Аппараты барахлили, искрили, отказывались подчиняться операторам. В некоторых конторах вспыхнули пожары. Мир впервые столкнулся с тем, что позже назовут космической погодой. И это столкновение закончилось вничью лишь потому, что электричества в мире было еще слишком мало.

Тихая угроза

Сегодня все иначе. Мы опутали планету сетями проводов, напичкали орбиту спутниками, посадили человечество на иглу электричества. Стоит отключить ток на неделю — и города начнут задыхаться. Перестанут работать насосы, качающие воду. Замрут лифты и больницы. Погаснут экраны, остановятся поезда, самолеты не смогут взлететь, а те, что в небе, потеряют связь с землей.

Ученые называют это геомагнитной индукцией. Красиво и страшно одновременно. Заряженные частицы, выброшенные Солнцем, врезаются в магнитное поле Земли и порождают в длинных металлических конструкциях токи, для которых эти конструкции не предназначены. Линии электропередач, нефтепроводы, кабели связи становятся гигантскими антеннами, собирающими энергию из космоса.

Самые уязвимые — трансформаторы на подстанциях. Огромные, сложные, дорогие. Каждый делался годами, каждый уникален. Если через них проходит слишком сильный ток, они просто сгорают. Заменить быстро нельзя — их не хранят на складах, их производят под заказ. Если сгорит достаточно много сразу, целые регионы погрузятся во тьму. И не на день. На месяцы. На годы.

Сигнал из Квебека

В марте 1989 года человечество получило первое предупреждение. Тогдашняя буря была намного слабее той, что видела Земля в 1859-м. Но и ее хватило, чтобы оставить без света шесть миллионов канадцев. Энергосистема Квебека рухнула за полторы минуты. Люди сидели в темноте почти девять часов и впервые всерьез задумались: а что будет, если ударит сильнее?

Спутники тогда тоже сбоили. Связь прерывалась. Но главное случилось на земле, где токи, наведенные космосом, просто выжгли защиту и заставили замолчать целую провинцию.

То, что над головой

Сегодня у нас есть не только провода на земле, но и тысячи спутников на орбите. Навигация, связь, прогноз погоды, переводы денег, военные системы — все это висит над нами на высоте нескольких сотен километров. И все это беззащитно перед радиацией, которую несет солнечный ветер.

Сильная вспышка может убить спутник за секунды. Просто выжечь его электронику, превратить умный механизм в бесполезный кусок металла, который продолжит кружить по орбите мертвым грузом.

А без спутников мы снова станем немного слепыми. GPS перестанет работать. Самолетам придется ориентироваться по старинке. Корабли в океане потеряют точное позиционирование. Банковские терминалы не смогут подтверждать транзакции. Телевидение замолчит. Интернет начнет давать сбои там, где он зависит от спутниковой связи.

Сколько у нас времени

Солнце живет по циклам. Примерно каждые одиннадцать лет его активность достигает пика. Но суперштормы случаются реже. Ученые изучили кольца древних деревьев и ледяные керны из Гренландии и Антарктиды. В них сохранились следы мощнейших радиационных событий прошлого. Выяснилось: бури уровня 1859 года происходят примерно раз в сто-двести лет.

Последняя была 160 лет назад. Математика простая и пугающая. Следующая может нагрянуть в любой момент.

За ней следят. Космические агентства поставили на орбиту специальные спутники-наблюдатели. Они ловят вспышки в режиме реального времени и пытаются предсказать, куда полетят заряженные частицы. Иногда удается предупредить за несколько часов. Иногда — за пару дней.

Этого хватает, чтобы принять меры. Отключить часть сетей, перевести спутники в защитный режим, предупредить авиацию. Но хватит ли этого, если удар окажется действительно сильным?

Обратный отсчет

Человечество впервые за всю историю оказалось в ситуации, когда его существование зависит от погоды в космосе. Не от войны, не от эпидемии, не от падения астероида — просто от того, насколько сильно Солнце решит чихнуть в нашу сторону.

И главная проблема даже не в том, что это может случиться. А в том, что мы слишком привыкли к свету. Мы забыли, как жить без него. Наши города, больницы, заводы, дома — все это требует тока. Бесперебойного, постоянного, надежного.

Одна сильная вспышка — и лампочки погаснут. Сначала на несколько часов, потом на несколько дней. А потом станет понятно, что чинить нечего, потому что трансформаторы сгорели, а новые негде взять.

Ученые не любят говорить об этом громко. Они предпочитают осторожные формулировки и успокаивающие интонации. Но факт остается фактом: мы живем в стеклянном доме, а Солнце уже не раз кидало в него камни. Пока везло. Но везение не может длиться вечно.