Тираннозавр был теплокровным: новое исследование подтвердило

Король динозавров имел внутреннюю температуру, похожую на человеческую. Учёные из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе нашли этому первое окончательное химическое доказательство.

Вопреки представлениям ранних палеонтологов, большинство динозавров не были медлительными увальнями. Столетия эволюционной переоценки показывают: предки современных птиц не просто поддерживали ровный темп — многие из них обладали впечатляющей скоростью. Такой активный образ жизни заставил учёных пересмотреть и другую анатомическую деталь. Когда-то всех динозавров считали холоднокровными, но многие из них в конце концов эволюционировали в сторону более тёплой крови.

Благодаря недавним технологическим прорывам палеонтологи наконец разрешили давний спор: был ли тираннозавр рекс теплокровным или холоднокровным? Исследование, опубликованное в журнале Science Advances, ставит точку: знаменитый «король-тиран» имел внутреннюю температуру, на удивление близкую к температуре современных теплокровных людей — около 36 градусов Цельсия.

«Никто раньше не мог провести такое измерение температуры», — сказал Роберт Игл, соавтор исследования и геобиолог из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе.

Это ставит внутреннюю температуру тираннозавра выше, чем у современных холоднокровных рептилий и даже ленивцев, но ниже, чем у их птичьих потомков, чья температура колеблется между 40 и 43 градусами Цельсия. Команда Игла предлагает первое окончательное химическое доказательство, но их выводы опираются на годы накопленных свидетельств в пользу теории теплокровного тираннозавра.

«Температура примерно такая, как я и предполагал», — добавил Игл.

Как это выяснили

Около десяти лет назад палеонтологи разработали способ узнать температуру крови вымершего вида, изучая определённые редкие углерод-кислородные связи, которые формируются в окаменевшей кости. Как объяснил Игл, зубная эмаль даёт лучшую среду для образцов, потому что её крупная кристаллическая структура остаётся чрезвычайно устойчивой к разрушению на протяжении миллионов лет. Именно этот метод позволил его команде ранее подтвердить, что тёплая кровь текла внутри мегалодона.

Но хотя палеонтологи давно подозревали, что эти углерод-кислородные химические связи могут указать температуру крови тираннозавра, более ранние версии процесса требовали крупного образца ископаемого. Высверливание столь большого количества материала из кости также повреждает её. Поэтому, хотя в музейных архивах было множество зубов мегалодона, учреждения не хотели отдавать гораздо более редкий зуб тираннозавра.

С тех пор исследователи усовершенствовали метод, уменьшив необходимый размер образца примерно на 90 процентов по сравнению с первоначальным требованием. Это убедило хранителей Музея естественной истории Лос-Анджелеса наконец расстаться с частями двух зубов их собственного тираннозавра по имени Томас. Используя стоматологическую дрель, Игл и его команда извлекли окаменевшую эмаль, которую затем растворили в фосфорной кислоте. Это высвободило газообразный углекислый газ, наполненный желанными изотопными связями. Оттуда они применили масс-спектрометр, чтобы определить химические соотношения после сжатия углекислого газа. Последующий анализ привёл их к выводу: температура крови тираннозавра составляла около 36 градусов Цельсия.

Почему это имеет смысл

Теплокровный тираннозавр соответствует активному охотничьему образу жизни и быстрому метаболизму этого верховного хищника. Это также помогает объяснить, как динозавр бродил по такой огромной территории, охватывающей широкие перепады температур. Это одна из главных причин, почему палеонтологи находили окаменелости тираннозавра в местах вроде современной Аляски, которые иначе лишены холоднокровных древних рептилий.

«Зубы говорят нам, что тираннозавр был теплее окружающей среды, — сказала Арадна Трипати, геохимик из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и соавтор исследования. — Теплокровный тираннозавр мог отправиться почти куда угодно на континенте, включая Арктику».

Это революционное открытие назревало долго, но результаты были немыслимы до недавних методических прорывов, которые резко уменьшили минимальный размер образца ископаемого.

«Никто не даст вам зуб тираннозавра, если вы не докажете, что вам нужно всего несколько миллиграммов», — сказала Трипати.