Хессдален: огни, которые Норвегия изучает сорок лет и не может объяснить

В долине Хессдален, примерно в 45 минутах к северу от горного городка Рёрус, есть церковь, несколько ферм и река. Ничто не намекает на то, что это место обзаведётся собственной исследовательской обсерваторией. И всё же с начала 1980-х люди там сообщают о шарах света, висящих над деревьями, дрейфующих вдоль склонов и иногда просто стоящих на одном месте минутами.

Интересно то, что произошло дальше. Вместо того чтобы наблюдения превратились в местную легенду, норвежский университетский колледж начал их измерять. Это продолжается четыре десятилетия — с радаром, магнитометрами, камерами и, в последнее время, постоянной обсерваторией на вершине горы. Огни задокументированы. Они не объяснены.

Именно это сочетание делает Хессдален местом, о котором стоит писать осторожно. Это не история о призраках и не раскрытое дело. Это реальная, продолжающаяся научная проблема, и честная версия интереснее и уфологической, и пренебрежительной.

Долина, ставшая знаменитой случайно

Хессдален изолирован и редко населён. Первое наблюдение, о котором узнал внешний мир, произошло 8 декабря 1981 года, когда пара, выглянув в кухонное окно, описала то, что они назвали горящим огненным шаром в вечернем небе. Последовали другие сообщения, и история быстро распространилась по Норвегии.

Время имеет значение. Огни не были единичным случаем. Между 1982 и 1984 годами исследователь Эрлинг Странд из Университетского колледжа Эстфолда сообщает о до 20 наблюдений в неделю в долине. Это не редкая вспышка, которую случайно поймали несколько человек. В течение двух-трёх лет это было нечто, чего можно было пойти и подождать.

Норвежские инженеры заинтересовались, и группа исследователей начала организовывать то, что стало проектом «Хессдален». За годы он привлёк физиков, геофизиков, химиков и инженеров по данным, а также внимание итальянских исследовательских групп.

Что люди на самом деле видят

Слово «огни» преуменьшает, насколько разнообразны сообщения. В презентации на конференции Европейского союза геонаук Странд разделил наблюдения на три основных типа.

Первый — краткая белая или синяя вспышка, длящаяся максимум пару секунд, часто долю секунды. Такие легко пропустить, и это часть того, почему их трудно изучать.

Второй — гораздо более драматичный: большой жёлтый свет, который может висеть на месте минутами или дрейфовать по долине. Странд описывает размеры до примерно десяти метров в поперечнике и время жизни до двух часов. Некоторые достаточно яркие, чтобы освещать землю более чем в 20 метрах под ними.

Третий — группа огней, которые кажутся организованными вместе, движутся так, будто привязаны к одному объекту, при этом каждый включается и выключается по собственному графику.

Две детали из того же резюме выделяются. Во-первых, тепло никогда не регистрировалось, и на земле или деревьях нет следов ожогов. Чем бы эти вещи ни были, они, похоже, не обжигают то, над чем проходят. Во-вторых, огни не соответствуют обычным повадкам самолётов или северного сияния: они склонны появляться на низкой высоте, в маленькой долине, в середине зимних ночей.

Экспедиция 1984 года

Самые конкретные ранние свидетельства пришли из пятинедельного полевого исследования в январе и феврале 1984 года. Команда привезла серьёзную груду приборов: спектрографическую камеру, сейсмограф, радар, анализатор спектра, магнитометр, счётчик Гейгера, лазер и инфракрасный видоискатель.

За тот период они зафиксировали 53 огня неизвестного происхождения. Это число — большая часть того, почему феномен воспринимают серьёзно. Это значит, что команда не полагалась на память очевидцев или единственное размытое фото. У них были инструментальные данные о десятках событий.

Два вывода из экспедиции цитируются с тех пор. Феномены появлялись на радаре, в том числе в моменты, когда ничего не было видно глазу. И около 40 процентов наблюдений происходили во время магнитных пульсаций, причём магнитные бури, казалось, повышали шансы наблюдения. Это скорее намёк, чем установленный статистический результат, но он указывает на магнитную и электрическую среду Земли, и это сформировало большую часть последующих теорий.

От полевой поездки к постоянной станции

Проблема с феноменом, который нельзя запланировать, в том, что нельзя принести к нему оборудование. Поэтому исследователи сделали наоборот: они оставили оборудование там.

Автоматическая измерительная станция появилась в долине в 1998 году. Она записывает круглосуточно с камерами и другими сенсорами, так что когда огонь появляется в 2 часа ночи во вторник, что-то уже смотрит.

В 2018 году проект пошёл дальше с обсерваторией Хессдален, построенной на вершине горы почти в 1000 метрах над уровнем моря. Она работает на солнечных элементах и метаноловых топливных элементах и имеет место для четырёх исследователей круглый год.

Десятилетия непрерывного мониторинга производят то, чего не может одноразовая экспедиция: закономерности. Недавний обзор в научном препринте на arXiv отмечает, что после примерно 30 лет наблюдений огни склонны достигать пика зимой и в основном появляются между примерно 22:00 и 01:00. Они появляются по всему небу и на земле, и не следуют установленным маршрутам полётов. Та же статья описывает Хессдален как своего рода прототип аномального атмосферного света и говорит, что проект перезапускается с новыми сенсорами.

Ещё одна цифра стоит паузы. Интенсивные годы середины 1980-х видели до 20 наблюдений в неделю. Ко времени резюме Странда 2011 года цифра была ближе к 20 в год. Никто не предложил уверенного объяснения этого падения, и это одна из самых странных частей всей истории. Изменение местной среды, в том, как люди сообщают, или в глубинной причине — всё возможно. Честный ответ: мы не знаем.

Основные теории и что с каждой не так

Консенсусного объяснения нет, поэтому каждый кандидат ниже — гипотеза.

Горящая пыль. Одно предложение из статьи 2007 года. Огни сидят очень низко, возможно, всего в нескольких десятках метров над линией деревьев, и причиной могут быть богатые скандием отложения в долине. Идея в том, что пыль воспламеняется, когда скандий быстро реагирует с кислотами и воздухом, и горящее облако поднимается и висит, пока топливо не кончится. Вопрос в том, может ли это объяснить огни, длящиеся до двух часов и появляющиеся организованными группами, не оставляя тепла или следов ожогов.

Плазма, управляемая радоном. Более поздняя гипотеза: огни могут быть кластерами заряженных частиц пыли в плазме, возникающими, когда распад радона ионизирует воздух и пыль. Это согласуется с тем, что огни выглядят как плазма в некоторых анализах, и с более ранними находками повышенной радиоактивности на камнях возле одного крупного наблюдения. Проблема — удержание. Как плазма держится в малом объёме так долго, не теряя энергию? Шар горячего ионизированного газа на открытом воздухе должен быстро рассеяться, а огни не рассеиваются.

Напряжение в породе и пьезоэлектричество. Многие породы в долине содержат кварц, а кварц генерирует электрический заряд при сжатии. Предложение: деформация в породе может создавать сильные электрические поля, которые зажигают воздух. Такая гипотеза хотя бы в принципе проверяема, поскольку предсказывает связь между движением породы и наблюдениями. Но нужен правдоподобный источник достаточной деформации, и поведение огней — дрейф, зависание, включение и выключение — трудно связать с напряжением в земле.

Природная батарея. Эта получила больше всего внимания СМИ. Итальянский инженер Ядер Монари предположил, что вся долина действует как батарея. Две стороны долины были бы электродами, а река Хесья — электролитом. Заброшенная шахта выпускает богатую серой воду в реку, делая её проводящей, а пузыри газа, поднимающиеся из неё, могли бы электрически заряжаться и светиться. Монари подключил каждую сторону долины к реке и получил достаточно тока, чтобы зажечь лампочку. Бьёрн Гитле Хауге, который руководит проектом, назвал это одной из многих гипотез, а не ответом.

Норвежский физик Бьёрн Самсет был резче. Он сказал, что расстояния слишком велики, а природный заряд слишком слаб, чтобы объяснить, насколько ярки огни, и что он не видел убедительных расчётов для Хессдалена. Он добавил, что предпочёл бы видеть тщательную документацию, прежде чем запускать новые теории. Это самый здоровый отклик во всей дискуссии.

Чем огни, вероятно, не являются

Они не являются хорошо подкреплённым доказательством инопланетян. Идея сопровождала Хессдален с самого начала, потому что «неопознанные огни» звучит как «НЛО». Но исследователи проекта относились к этому как к физическому феномену, который нужно объяснить, и ничто в инструментальных данных не требует внеземного объяснения. «Необъяснённое» и «инопланетное» — не одно и то же слово.

Они не являются мошенничеством или трюком камеры, по крайней мере в целом. Радарные отметки, пятинедельная инструментальная кампания и десятилетия непрерывного мониторинга затрудняют утверждение, что там ничего нет. Это не значит, что каждое отдельное фото подлинное. Размытые снимки автомобильных фар, самолётов и звёзд ошибочно идентифицируются везде, и Хессдален не исключение. Но основной феномен записан приборами, а не только людьми.

Они не решены. Это ошибка, которую скептики иногда совершают в другую сторону. Объяснение нескольких отдельных наблюдений как обыденных — не то же самое, что объяснение закономерности. Пока теория не предскажет то, что записывают приборы, дело остаётся открытым.

Почему это так трудно раскрыть

Соблазнительно сказать, что учёным просто нужны камеры получше. Но препятствия структурные.

Редкость и непредсказуемость. С примерно 20 наблюдениями в год сейчас и без надёжного способа узнать когда, большинство ночей оборудование не записывает ничего. Каждое измерение — счастливая добыча.

Плохая визуализация. Большинство фотографий и видео довольно нечёткие. Огни ночью, на расстоянии, в холоде трудно фотографировать хорошо, а размытый шар поддерживает почти любую теорию.

Отсутствие лабораторного воспроизведения. Монари зажёг лампочку, но никто не сделал плавающий, висящий шар по требованию. Гипотеза, которая не может произвести то, что должна объяснить, остаётся гипотезой.

Перекрывающиеся причины. Возможно, происходит более чем одно. Три типа, описанные Страндом, — краткие вспышки, долгоживущие жёлтые шары и скоординированные группы — могут иметь разные источники. Сваливание их в один «феномен Хессдалена» может быть частью того, почему теории с одной причиной пробуксовывают.

Есть и более тихое препятствие: финансирование и внимание. Феномен, производящий редкие красивые огни в отдалённой долине, — не очевидный приоритет, и это именно тот тип темы, который легко отвергнуть и трудно поддерживать. Тот факт, что маленький норвежский университет поддерживает проект четыре десятилетия, — откровенно говоря, впечатляющая часть.

Похожие огни в других местах

Хессдален не единственное место с сообщениями о странных огнях над землёй. Обзор на arXiv утверждает, что сопоставимые районы по всему миру могли бы использоваться как естественные лаборатории, изучаемые с тем же типом многоинструментальной установки. Если глубинная причина геологическая или атмосферная, а не экзотическая, другие долины с правильными условиями могли бы производить похожие эффекты.

Также стоит отделить Хессдален от такого феномена, как шаровая молния. Шаровая молния обычно связана с грозами и длится секунды, тогда как огни Хессдалена появляются в спокойные зимние ночи и могут длиться гораздо дольше. Это разные проблемы, хотя обе включают светящиеся сферы, которые сопротивляются аккуратному лабораторному объяснению.

Можно ли увидеть их самому

Возможно, но не планируйте поездку вокруг гарантии. С примерно 20 сообщаемыми событиями в год шансы в любую конкретную ночь низки, а зима в центральной Норвегии холодна и темна. Если вам любопытно, разумный подход — проверить сайт проекта и местную информацию о текущих условиях и любых публичных данных перед поездкой.

Лучший способ следить за историей — из дома. Проект публикует изображения и видео, и новые результаты, когда появятся, вероятно, сначала появятся в исследовательской литературе.

Что остаётся

Огни Хессдалена сидят в неудобной середине, и именно поэтому они заслуживают внимания. Их слишком хорошо измерили, чтобы отвергнуть, и слишком долго изучали, чтобы называть мистификацией, но никто не произвёл объяснения, которое предсказывает то, что видят приборы.

Я нахожу человеческую сторону столь же поразительной, как и физику. Горстка инженеров и учёных сорок лет наблюдает за одной маленькой долиной без гарантии ответа. Если решение окажется обычной геологией и химией, это всё равно открытие. Если оно окажется чем-то более странным, мы будем рады, что кто-то продолжал держать камеры включёнными.

Источник:  https://earth-chronicles.ru/