Пастух нашёл щит эпохи монголов: редчайшая находка из Южной Сибири

Пастух, переходивший Уйбатскую степь на юге Сибири, заметил нечто необычное после сильного дождя. Из склона оврага показался железный предмет, где, судя по всему, пролежал в земле столетия. Он вытащил находку из почвы, повредив при этом часть внешней окантовки и, вероятно, потеряв несколько фрагментов. Однако находкой его был не металлолом, а исключительно редкий средневековый железный щит, относящийся к эпохе монголов. Позднее предмет попал в собрание Хакасского национального краеведческого музея, хотя точное место находки и первоначальный археологический контекст уже невозможно восстановить.

Исследователи Александр Поселянин из Хакасского государственного университета имени Катанова и Олег Митько из Новосибирского государственного университета опубликовали подробное исследование щита, обнаруженного в 2019 году, в журнале «Археология, этнография и антропология Евразии». Их анализ показывает, что предмет не только необычен для Южной Сибири, но и может отражать дальние военные и политические связи, соединявшие этот регион с Центральной Азией и Ближним Востоком в монгольскую эпоху.

Тяжёлый щит из четырнадцати железных пластин

Щит плоский и круглый, его диаметр составляет около шестидесяти пяти сантиметров. Основу составляли четырнадцать одинаковых железных пластин сегментной формы, каждая толщиной более миллиметра, скреплённых заклёпками. Сегодня от предмета сохранилось лишь около двух килограммов восьмисот граммов, но исследователи оценивают, что полный щит изначально весил более четырёх килограммов. По внешнему краю шла железная окантовка, украшенная узором из мелких зубцов, что добавляло тщательно выполненный декоративный элемент к предмету, служившему прежде всего защитным снаряжением.

В центре находится выступающая умбон — выпуклая металлическая накладка, — состоящая из двух частей и достигающая примерно двадцати сантиметров в диаметре. С внутренней стороны умбон включал узкую деталь для крепления ремня, а его видимая поверхность была украшена прямоугольными вырезами и ажурными фигурами в форме полумесяца с небольшими выступами.

Сохранившиеся детали позволили исследователям восстановить как внутреннюю, так и внешнюю сторону щита. Они также рассмотрели, как воин мог обращаться с ним в бою и как его могли носить в походе.

Не типичный монгольский щит

Пожалуй, самое поразительное в этой находке — то, что железный щит такой конструкции не относится к снаряжению, которое обычно связывают с монгольскими воинами. Исследователи определяют его как изделие ближневосточной оружейной мастерской. Такая интерпретация превращает уйбатский щит не просто в отдельный военный предмет. Его присутствие в глубине Южной Сибири указывает на перемещение оружия, мастеров или военного снаряжения на огромные расстояния в эпоху Средневековья.

Подобные щиты исключительно редки и в археологическом отношении. Авторы знают лишь об одном точном аналоге, связанном с монгольскими завоеваниями. Тот щит был раскопан почти семьдесят лет назад на средневековом городище Бештам-Кала на реке Жана-Дарья в районе Аральского моря. Монгольские силы разрушили поселение во время завоевания северо-восточной окраины Хорезма в начале тринадцатого века. Археологи нашли сопоставимый щит у оборонительной стены городища, по-видимому, в зоне, связанной с боевыми действиями.

Оружие из бурной эпохи

Отсутствие надёжного археологического контекста не позволяет связать уйбатский щит с конкретным сражением. Тем не менее исследователи помещают его в период внутренних распрей между преемниками Чингисхана — конфликтов, которые втянули народы Саяно-Алтайского региона в более широкие политические и военные столкновения.

Одна из возможностей приближает щит к конкретному историческому эпизоду. Исследователи предполагают, что его владельцем мог быть кыргызский или монгольский воин, служивший в армии под командованием Тутухи — юаньского полководца, чьи силы покорили «пять племён» енисейских кыргызов в 1293 году. Поход состоялся в правление Хубилая, основателя китайской династии Юань, когда юаньские силы стремились прочнее подчинить народы Южной Сибири. Щит нельзя напрямую связать с этим походом, но его датировка, местоположение и более широкий исторический контекст делают такое предположение правдоподобным.

Российское научное издание «Эн плюс один», сообщившее о новом исследовании, отмечает, что поход 1293 года — одно из исторических событий, которые авторы рассматривают, пытаясь объяснить, как столь необычное оружие попало в Уйбатскую степь.

Редкий свидетель дальних связей

Кем бы ни был воин, носивший его, щит показывает, что средневековая Южная Сибирь не была изолирована от политических и материальных сетей, протянувшихся через всю Евразию. Защитное оружие, по-видимому изготовленное на Ближнем Востоке, могло в конечном счёте оказаться в Хакасско-Минусинской котловине и попасть в руки кыргызского или монгольского воина за тысячи километров от места изготовления.

Для Поселянина и Митько уйбатский щит служит свидетельством не только войны, но и политических и социально-экономических связей, соединявших Центральную Азию и Южную Сибирь в монгольскую эпоху.