Вы видите не то, что перед вами, а то, что ожидаете увидеть: мозг встраивает мысли в восприятие

Обычно мы считаем, что восприятие доставляет нам мир, а уже потом мы решаем, чему верить. В идеале мы просто приводим свои убеждения в соответствие с тем, что воспринимаем. Но философ Нил Мехта утверждает, что всё не так просто. Ваши мысли, убеждения и предрассудки влияют на само восприятие, играя роль в построении опыта. Это значит, что восприятие может быть более или менее рациональным и даже более или менее моральным, и мы не можем просто доверять всему, что видим, слышим, осязаем и обоняем.

Некоторые вещи, например яблоки и пожарные гидранты, красные. Некоторые, например лягушки и голубика, других цветов. Но некоторые вещи, например число 4 или понятие справедливости, вообще не имеют цвета — они не относятся к тому, что может быть окрашено. Точно так же некоторые вещи рациональны, например вера в то, что 1 + 1 = 2, или выводы, хорошо подкреплённые вашими доказательствами. А некоторые иррациональны, например вера в то, что 1 + 1 = 3, или поспешные выводы, не подкреплённые доказательствами. Но некоторые вещи вообще нельзя оценить на рациональность. Ощущение зуда в локте не рационально и не иррационально — оно просто есть.

А как насчёт сознательного восприятия, например опыта видения яблока, слышания скрипки или обоняния ванили, — может ли оно быть рациональным или иррациональным? Естественный ответ — нет. Ведь если психическое состояние может быть рациональным или иррациональным, то оно в принципе может быть пересмотрено в свете новой информации. И хотя вы можете, получив новую информацию, пересмотреть своё убеждение, что перед вами красное яблоко, вы не можете пересмотреть своё восприятие красного яблока перед вами. В лучшем случае вы можете закрыть глаза.

Несмотря на привлекательность этого аргумента, Мехта считает, что многие сознательные восприятия всё-таки могут быть рациональными или иррациональными. Вот почему. Когда мы воспринимаем вещи, мы часто применяем к ним понятия. Когда вы осматриваете свой офис, вы можете увидеть стол и ноутбук — и вы осмысляете их как стол и ноутбук. Вы не можете себе помочь: такое осмысление происходит автоматически.

Философ Эрик Мандельбаум убедительно показал на основе существенных научных данных, что осмысление может происходить внутри самого восприятия. Идея в том, что вы не сначала сознательно воспринимаете сцену, а затем осмысляете её. Вместо этого ваша зрительная система упаковывает осмысление сцены в ваше сознательное восприятие её. На сознательном уровне вы получаете обе вещи, связанные вместе, одновременно.

В одном показательном эксперименте, который цитирует Мандельбаум, испытуемым предъявляли слово, например «цветы», а затем серию изображений, и они должны были сказать, соответствует ли изображение слову. Ключевая особенность эксперимента: каждое изображение предъявлялось всего на 13 миллисекунд — это примерно восьмая часть времени, которое требуется, чтобы моргнуть. Даже так испытуемые выполняли задачу гораздо лучше случайного уровня. Но обработка обратной связи только внутри зрительной системы занимает около 50 миллисекунд, а обработка после восприятия занимает гораздо больше времени. Значит, это свидетельство того, что осмысление в этих случаях происходило внутри восприятия, в зрительной системе, а не после него.

Мандельбаум цитирует множество других подобных экспериментов. В одном, проведённом Кирхнером и Торпом, испытуемым предъявляли два изображения природной сцены всего на 20 миллисекунд на изображение. Одно изображение содержало животное в ландшафте, другое — только ландшафт. Задача испытуемого состояла в том, чтобы посмотреть на изображение с животным. Испытуемые смогли это сделать — воспринять животное, осмыслить его как таковое и направить взгляд на него — всего за 120 миллисекунд, что примерно равно одному морганию. Опять же, это слишком быстро для осмысления после восприятия.

Это говорит о том, что некоторые осмысления происходят не после сознательного восприятия; они являются частью самого сознательного восприятия. Но осмысления могут быть рациональными или иррациональными. Если вы видите красный объект в форме яблока, то рационально осмыслить его как яблоко и иррационально осмыслить его как лягушку. Следовательно, сознательные восприятия — в частности, их понятийные части — могут быть рациональными или иррациональными.

Конечно, это имеет смысл, только если понятийные элементы сознательных восприятий в принципе рационально пересматриваемы. И такой рациональный пересмотр может быть невозможен сразу. Если вы видите убедительную восковую копию яблока, она будет выглядеть как яблоко — вы осмыслите её как таковую, — даже если вы знаете лучше. Тем не менее осмысления рационально пересматриваемы в долгосрочной перспективе: мы можем и регулярно делаем это, тренируя себя лучше воспринимать вещи. Шахматисты становятся лучше в видении пешечных структур, музыканты — в слышании мелодий, сомелье — в обонянии вин.

Но почему вообще важно, могут ли сознательные восприятия быть рациональными или иррациональными? Философ Сюзанна Сигел выявила одну причину: мы часто морально ответственны за собственную иррациональность. Она приводит пример полицейского, который видит инструмент в руках чернокожего человека, осмысляет его как пистолет и стреляет. Может показаться, что офицер не несёт моральной ответственности: ему действительно показалось, что у человека пистолет, и он адекватно отреагировал на ситуацию. Однако предположим, что сознательное восприятие офицера, в частности его осмысление инструмента как пистолета, было иррациональным — офицер воспринимал вещи так, как исказили его расовые предрассудки, а не так, как чувствительно к реальным визуальным сигналам сцены. В таком случае офицеру не должно было казаться, что у другого человека пистолет, и офицер может нести моральную ответственность за трагические последствия.

Рациональность — это то, что мы ценим, и когда нам не удаётся её достичь, мы часто можем научиться делать лучше. Если наши сознательные восприятия могут быть рациональными или иррациональными, то, возможно, и здесь нам нужно учиться делать лучше.

Вопрос, который остаётся: если наши убеждения и предрассудки встраиваются в то, что мы видим, то как отличить восприятие, искажённое предубеждением, от восприятия, отражающего реальность, — и не окажется ли, что мы все видим мир через фильтр собственных мыслей, о котором не подозреваем?