Существует ли время на самом деле или это устойчивая иллюзия?

Представьте, что вы сидите в поезде, движущемся с постоянной скоростью. Шторы задёрнуты, и вы не можете понять, что едете. В центре вагона на цепи висит лампочка. Когда кто-то её включает, человеческий глаз воспринимает, будто весь вагон загорается сразу. На самом деле свет сначала достигает двух боковых стен одновременно. Мгновением позже свет доходит до передней и задней стенки — тоже одновременно. Свет прошёл с одинаковой скоростью во всех четырёх направлениях.

Альберт Эйнштейн задумался, как эту ситуацию описал бы наблюдатель снаружи поезда, не движущийся вместе с вагоном. Для дрона, зависшего над поездом, свет всё так же достигает боковых стенок одновременно, но задняя стенка вагона загорается раньше передней. Потому что поезд едет вперёд: за то время, пока свет идёт к передней и задней стенкам, задняя успевает приблизиться к источнику, а передняя — отдалиться.

Это явление, открытое Эйнштейном в 1905 году, называется относительностью одновременности. На его основании учёные доказывали, что объективного «сейчас» не существует и время на самом деле не течёт. Некоторые даже предполагали, что кажущийся ход времени — психологический. Современные космологические наблюдения, однако, говорят, что время — нечто большее, чем иллюзия.

Сам Эйнштейн объявил время иллюзией. Когда умер его друг и коллега-физик Микеле Бессо, он написал: «Он ушёл из этого странного мира чуть раньше меня. Это ничего не значит. Люди вроде нас, верящие в физику, знают, что различие между прошлым, настоящим и будущим — лишь упорно сохраняющаяся иллюзия». Вслед за Эйнштейном физики и философы часто использовали относительность, чтобы доказывать: истинной одновременности не бывает. Например, если вы могли бы сказать, что звезда в нескольких сотнях световых лет взрывается «прямо сейчас», вы могли бы также отойти от неё и с тем же основанием заключить, что она взорвётся ещё через минуту. А если объективного «сейчас» нет и все относительные «сейчас» равноправны, то, возможно, реальность охватывает всё пространство-время — каждое событие, которое когда-либо где-либо происходит во Вселенной, на всю вечность. Возможно, как говорил Эйнштейн, время действительно не более чем упорно сохраняющаяся иллюзия.

С точки зрения современной космологии, однако, похоже, что объективное «сейчас» существует. Соблазнительно сказать, что дрон, зависший над поездом, «покоится», а поезд «действительно движется». Но мы знаем, что Земля быстро вращается и обращается вокруг Солнца, которое обращается вокруг Млечного Пути, который движется относительно соседних галактик, и так далее. Поэтому ни дрон, ни поезд нельзя определить как «тот, что движется» или «тот, что покоится» в каком-либо абсолютном смысле. Любое из двух состояний можно задать как равно допустимое относительное состояние покоя.

С другой стороны, если бы существовало абсолютное состояние покоя и объективно определённое «сейчас», нам понадобилось бы конкретное научное измерение, показывающее, что связанное с ним пространство всегда сохранялось как таковое, плюс способ измерять скорость движения через него из любой точки Вселенной в любое время. Тогда это состояние покоя было бы объективно определено относительно всех остальных. О таком пространстве можно было бы сказать, что оно «существует» в обычном смысле слова, что Земля и все мы существуем в нём, и оно давало бы согласованные определения «сейчас» и «движения».

Космология это даёт. Нужные измерения уже сделаны с помощью реликтового излучения — остывшего остатка первого света, высвободившегося после Большого взрыва. Реликтовое излучение показывает, что наша Вселенная — трёхмерное расширяющееся пространство, в котором мы живём и развиваемся, — существует примерно 13,8 миллиарда лет. Оно также показывает, что Вселенная расширилась с момента образования примерно в 1100 раз, а наша Солнечная система движется сквозь неё со скоростью 369,82 километра в секунду в сторону созвездия Чаши.

Интегральное расширение пространства за космическое время было настолько точным во всех направлениях, куда мы смотрим, что по небу можно измерить анизотропии, отпечатавшиеся в реликтовом излучении в момент его образования. Это крошечные различия температуры излучения от одного направления к другому — примерно одна часть на 100 000, — которые отображают чуть более плотные и чуть более разреженные области ранней Вселенной. Увидеть это было бы невозможно, если бы пространство не было объективно определено и расширение было бы разным в разных местах.

Это значит, что относительность одновременности Эйнштейна по-прежнему применима к локальным явлениям как вопрос относительной перспективы: ни поезд, ни дрон не вправе сказать, что именно они поистине покоятся, и обе системы отсчёта можно использовать для описания реальности — как и обнаружил Эйнштейн. Однако, вопреки его убеждению, время — больше, чем просто иллюзия. Из современной космологии следует, что Вселенная существует, и события происходят по всему пространству в ходе космического времени. Эти события можно описывать как одновременные или нет в зависимости от вашего движения сквозь Вселенную, хотя в реальности есть одно космическое время и объективная мера одновременности.

Остаётся вопрос: если объективное космическое «сейчас» существует, но у каждого наблюдателя своё локальное «сейчас», — что тогда означает «сейчас» для событий за пределами нашей возможности их увидеть, и не окажется ли, что общее время Вселенной есть, а доступа к нему у нас всё равно нет?