Из-за Сирии над миром нависла угроза третьей мировой войны

Эту небольшую, но занимающую стратегически важное положение на Ближнем Востоке страну терзают ­вооруженные отряды, называющие себя повстанцами. Они нападают на целые города и мечтают свалить действующего президента Сирии Башара Асада.

США и страны Западной Европы уже готовы поддержать их «дружественным огнем» - повторить сценарий Ирака и Ливии. Россия - резко против. Чем это может закончиться, рассказал в прямом эфире радио и ТВ «КП» нашему журналисту Александру Яковлеву публицист и политолог Максим Шевченко.

- Максим, почему Россия так держится за сирийского президента Асада, которого Запад обвиняет в тирании и убийствах?

- Удивительно, что западные СМИ внезапно занялись судьбой сирийского народа, когда на их глазах десятилетиями убивали палестинцев. Недавно Израиль нанес бомбовые удары по сектору Газа. Там погибло вооруженных членов отряда «Хамас» и «Исламского джихада» человек двадцать. Остальные несколько тысяч были мирными жителями. И Запад послов из Израиля что-то не отозвал. Если вы посмотрите на карту, увидите четыре страны, которые образовали транзитный коридор. Иран, Ирак, Сирия и Ливан. Шииты контролируют власть в четырех этих государствах. Самое интересное, что христиане во всех этих регионах поддерживают шиитов. Фактически образовался такой сильный христиано-шиитский блок, который контролирует коридор, отсекающий Турцию от Аравийского полуострова, от нефтеносного залива, королевства Ближнего Востока. Ни Саудовская Аравия, ни Кувейт, ни Эмираты, ни Катар не могут сегодня вести спокойно и бесплатно нефтепроводы в Средиземное море для поставки нефтепродуктов в Европу или США в обход воли Сирии. Поэтому за нее такая борьба. Сегодня Россия, защищая Сирию, контролирует важнейший аспект мирового экономического, энергетического рынка.

- Либералы вам скажут: мы на кого ориентируемся? На Сирию, где 9 тысяч человек погибли? Или на Соединенные Штаты…

- Мы точно не ориентируемся на США, где большая часть населения понятия не имеет, что такое Сирия. Это народ, которому пасторы круглые сутки - я видел эти протестантские каналы - рассказывают: мусульмане - это чуть ли не дети сатаны, их надо истреблять.

- Значит, ориентируемся на Европу?

- Не надо ни на кого ориентироваться. Европа трещит по швам.  Так что России надо выстраивать отдельные отношения с Грецией, Австрией, Италией, Испанией. Это народы, с которыми мы имеем давнюю традицию дипломатических, культурных отношений. Я не могу сказать, что какой-то народ Европы нам враждебен. Разве что поляки. Но тут уже ничего не поделаешь, слишком много позади трагических событий в истории.

Проблема Европы в том, что сегодня европейская бюрократия пытается сказать: мол, только с нами говорите, только мы решаем, не ведите отдельно переговоры с Францией, Италией, Испанией. И итальянцы, и французы, и австрийцы, и немцы рады были бы отдельно переговариваться с Россией. Но они связаны такими соглашениями между собой, которые передают их суверенитеты просто некоей ­надевропейской бюрократии, которая в основном действует не в интересах Европы, а в рамках «атлантического партнерства».

- Тогда с кем мы? С тоталитарным Китаем?

- А почему нет? Китай - величайший наш сосед и явно миролюбивое к нам государство. И это сказки, что он тоталитарен. Страна с развивающейся экономикой, с огромным потенциалом внутреннего рынка. Нашу экономическую элиту специально ориентируют на Запад. Это прежде всего перевод бабок - взять денег в России, вложить в Манхэттен и на проценты купить себе квартиру в Лондоне. А инвестиции в Китай - это экономика. Я знаю бизнесменов, которые сделали большие состояния на взаимодействии с Китаем. Но это трудно, поскольку это не грабеж страны, а реальные инвестиции в реальное производство.  

- Вернемся к Сирии. Мы должны Башара Асада поддерживать?

- Я считаю, что должны. Башар Асад - наш друг, а друзей не бросают. Мы можем сказать: Башар, ты ошибаешься (ему российский МИД говорит об этом постоянно, про внутреннюю политику). Но у него тоже достаточно узкий коридор действия. Есть определенные силы сирийского общества, которые не примут власть ряда религиозных групп, к которым принадлежит Асад. И уход семьи Асадов, конечно, назрел.

Сейчас задача России - создать такие институты, которые позволили бы удержать власть в рамках конституционного процесса и не допустить прихода в Сирии к власти откровенно антироссийских и антииранских, что для нас существенно, сил. Мы не можем потерпеть поражение в Сирии - потеряем статус более-менее значимой державы.

- Прогноз какой? Вторжение в Сирию состоится? Или ждать удара по Ирану?

- Только безумец в современном мире будет вторгаться и в Сирию, и в Иран обычным военным способом. У Сирии достаточно современное оружие, которое будет применено, в том числе и по территории Израиля. Я думаю, что дестабилизация в Сирии будет проводиться руками повстанческих групп, которым будет подбрасываться оружие, и ­война будет идти по синусоиде - от горячей фазы, через расстрел в какой-нибудь деревне, как было на прошлой неделе, до фазы переговоров, опять к горячей. Но в любой момент Сирия может сорваться в ситуацию ливанскую. В Ливане тоже война началась после того, как боевой отряд христианских фалангистов расстрелял и сжег живьем автобус с палестинцами. Это привело к ответным акциям палестинцев на юге Ливана. Началась бойня, в которой было убито порядка 300 тысяч человек. Вырезались целые деревни, города.

Сирия - это более концентрированный Ливан. И гражданская война в ней - это страшный удар по всему региону. Сирия - как Сербия. Кто думал, что события в Македонии в 1913 году могут привести к Первой мировой войне?

- А сегодня существует угроза новой войны?

- Безусловно. Потому что формируются глобальные, взаимоисключающие интересы больших блоков. Все может начаться с холодной ­войны, с локальными конфликтами. Но за ней уже видны контуры и глобальной войны. ­Третьей мировой.