Как пенсионерка побывала в гостях у инопланетян

Пенсионерка Анна Дмитриевна Ерыгина проживает в селе Зварыкино Алексеевского района Белгородской области. 6 июля 1990 года она, по ее словам, побывала в гостях у инопланетян.

Родственники и знакомые Анны Дмитриевны дружно заявляют о своей уверенности в ее полном психическом здоровье. Они в один голос утверждают: Ерыгина — очень скромная женщина, никогда не донимающая окружающих какими-то там своими фантазиями либо глупыми розыгрышами.

— В тот день, — рассказывает Анна Дмитриевна, — после обеда я впервые погнала пасти своих коз на новое место — соседка посоветовала... Я всегда пасу стоя. Мне так удобнее. Так что заснуть я не могла. Было очень жарко.

Тут вдруг выходит откуда-то справа она, эта женщина. Одета была в светло-серый балахон, ниспадавший складками до пят, с длинными рукавами. На голове было что-то повязано, но не платок и не косынка. Повязка как бы плавно переходила на шее в балахон. Женщина оказалась худенькой, высокой. Лицо — самое обыкновенное, очень приветливое.

Подошла она ко мне и говорит:

— Здравия желаю!

— Здравствуйте, — отвечаю.

А она спрашивает:

— Молоко от ваших коз — вкусное?

— Очень, — говорю. — По мне, так лучше коровьего.

Женщина предлагает:

— Пойдемте со мной. Тут недалеко идти. А вернетесь вы назад через два-три часа.

Я перепугалась. Куда и зачем она зовет меня? И кто будет пасти моих коз, если я отлучусь отсюда на пару часов? Хотела заплакать, объяснить ей про коз, но она вдруг сделала шаг вперед и положила руку на мое плечо. По мне будто холод прошел. Я стала сразу совсем другой, полностью в мгновение ока успокоилась.

— Не бойтесь, — говорит женщина. — Это ненадолго. Ваши козы на месте будут, когда вы вернетесь.

И я пошла как сомнамбула за ней. Смотрю — стоит что-то похожее на катер. Объект размером с сарай, но овальной формы. А рядом с «катером» высится мужчина. Он первым вошел в дверь в борту «катера», а мы с моей спутницей — следом за ним. Сели там на какие-то сиденья. Послышался звук, напоминающий шум дождя, и возникло такое ощущение, что мы полетели.

Почему-то я помню не все подряд, а «как в кино», фрагментами. Помню, например, что после «полета» оказались мы в странном месте. И я как-то сразу поняла, что это был совсем другой мир, не наш.

Шли мы там по чему-то мягкому, вокруг все колыхалось волнами. Потом, помню, стою в каком-то помещении, где были люди. Много людей. Одни из них замерли вдоль стены вроде охраны. А другие сидели за большим овальным столом. На меня накинули точно такую же свободную одежду, какая была на моей спутнице, и так же, как у нее, перетянули чем-то волосы на голове.

Затем спрашивают:

— Хорошо ли вам у нас?

— Хорошо, — отвечаю. — Как в раю!

Я и в самом деле все время чувствовала себя там бодро, настроение было отличным, дышалось легко.

— Как вам живется? — спрашивают.

— Неплохо, но радости мало.

— Почему?

В ответ стала я рассказывать о своих несчастьях, о том, что недавно похоронила двух родных, и хотела заплакать. Но они остановили меня:

— Мы все знаем о вас. Не надо расстраиваться.

А один мужчина сказал:

— Да вы не бойтесь! У нас много ваших побывало.

И принялись они угощать меня чем-то вроде белой болтушки, налитой в посуду, похожую на фарфоровую пиалу. Там еще была деревянная ложечка. Я зачерпнула ложечкой болтушку, попробовала ее. Вкусная! Потом съела что-то вроде кусочка хлеба, тоже предложенного мне. Кусочек был совсем крохотный, однако я почувствовала, что насытилась.

От людей, сидевших за овальным столом, исходили тепло и сердечность. А женщина, моя спутница в длинном балахоне, не отступала от меня ни на шаг и всячески обо мне заботилась. Следующее, что помню, — выхожу из внеземного «катера» на знакомую поляну. А там мои родные козы бродят, ищут меня.

Женщина в балахоне говорит на прощание:

— Желаем, чтобы у вас всегда было так же хорошо, как у нас. Мы еще встретимся.

Новая встреча произошла через три дня. Ерыгина стояла во дворе своего дома рядом с умывальником, как вдруг перед ней появилась давешняя незнакомка. Она предложила Анне Дмитриевне вновь отправиться в космическое путешествие — на сей раз сроком на три дня.

— Это в ваших интересах, — уточнила инопланетянка.

— На три дня? — переспросила Ерыгина.

— Да. На три.

— А что тем временем будут делать мои козы? Кто будет пасти их, поить и доить?

Молчание — в ответ.

— Никуда я не полечу снова вместе с вами! — решительным тоном отказалась Анна Дмитриевна.

— Что ж, не буду настаивать, — кротко молвила ее собеседница. — Подайте мне, пожалуйста, стакан воды.

Пока Анна Дмитриевна, отвернувшись к подвесному умывальнику, наливала из его бачка воду в стакан, таинственная гостья куда-то исчезла.