В России и Европе зафиксирована масштабная гибель пчел

Гибель ульев зафиксирована в 30 российских областях. Пострадала Башкирия, славящаяся медом, Алтай, Рязанская область (где, кстати, находится Институт пчеловодства), Курская, Волгоградская, Брянская, Тамбовская области, юг Подмосковья и другие. В ряде регионов власти заявили о готовности компенсировать часть потерь пчеловодов.

В середине июля глава Национальной ассоциации пчеловодов и переработчиков пчелопродукции Альфир Маннапов рассказал о потере в России 60% популяции пчел. По его подсчетам, ущерб для сельхозкультур при этом составит около триллиона рублей.

Из разных источников исходит информация о грядущей дороговизне меда в связи с его дефицитом. У президента российского Национального союза пчеловодов Арнольда Бутова другие данные.

Арнольд Бутов, президент российского Национального союза пчеловодов: «Массовой гибель пчел назвать нельзя. Всего в 30 регионах России произошло отравление пчел пестицидами и всякого рода химикатами, но от 5% до 25%. А так, чтобы в целом по России было 85-90%, как вещает завкафедрой пчеловодства Тимирязевской академии, — триллион рублей ущерб нанесен… А как он считал, когда мы еще не знаем, какое количество ульев погибло? Сократится производство меда, конечно, на 20%, на 30%, может быть, в некоторых регионах. Но есть прошлогодний запас меда. Прошлогодние меды еще более качественные».

Точные цифры помора будут получены после 1 августа, говорит эксперт. И добавляет: хорошо, что наконец российские власти заинтересовались проблемой. Ведь в подавляющем большинстве случаев гибель опылителей связана с бесконтрольным применением токсичных химикатов и пестицидов сельхозпроизводителями. По закону фермер обязан обрабатывать посевы в вечернее время, предупреждать пчеловодов об этом за три дня и строго следовать инструкции в дозировке.

На практике все наоборот. В лучшем случае пасечников могут предупредить один раз, весной: что мол, до конца лета будем травить на полях вредителей. Минсельхоз поручил Россельхозу контроль за применением подобных ядов. А по факту вернул ведомству полномочия, которых оно лишилось восемь лет назад. Но насколько серьезны будут у того новые возможности в этом вопросе, пока неясно.

Кстати, в Европе, где с мором пчел аналогичная проблема, еще прошлой весной ввели почти тотальный запрет на наиболее токсичные для опылителей препараты — неоникотиноиды. Еврокомиссия рассматривает вариант полного запрета пестицидов и некоторых удобрений. На поддержку сектора пчеловодства в ближайшие три года в ЕС выделят свыше 200 млн евро.

Не менее острой для пчелиных колоний является проблема заболеваний, в частности клеща. Это еще один фактор, провоцирующий массовую гибель. Причем он напрямую связан с экологией, точнее, с мусором. Вот что говорит пчеловод из Ступинского района Подмосковья Максим Тараров:

«Цивилизация. Где обычно, помойки, отходы — там скапливается клещ. У них проблема клещ вароа, он высасывает лимфу у пчелок. И чем больше помоек… У меня в зиму пошло 11 семей, одна семья выжила, мед остался, а пчелы вот нет. Хотя я даже их обрабатывал от клещей. Я решил сделать перерыв пока. Что дальше будет, посмотрим. А то их держать — толку никакого. Промзону теперь сделали рядом с нашей деревней. Можно, нельзя — а поставили и все. По барабану им».

Эйнштейну часто приписывают неутешительный прогноз, который сводится к принципу «нет пчел — нет опыления — нет еды — нет человека». Пчелы опыляют треть сельскохозяйственных культур во всем мире. Альтернативные опылители — например, шмели — тоже гибнут из-за бесконтрольного применения пестицидов. Поэтому если человеку не удастся спасти пчел, ему придется срочно овладеть новым умением — умением опылять растения.