Молчание SETI: Почему учёные скрывают от человечества контакт с пришельцами

В тишине радиотелескопов, вслушивающихся в космическую статику, возможно, уже прозвучало Послание. Но узнаем ли мы о нем? По словам одного из самых авторитетных исследователей космоса, человечество может десятилетиями оставаться в неведении о самом грандиозном открытии в своей истории — и причиной тому являются строжайшие протоколы секретности, которым следуют учёные.

Доктор Джилл Тартер, соучредитель института SETI (Поиск внеземного разума), в недавнем интервью обнажила шокирующую реальность: процедура подтверждения внеземного сигнала настолько строга и засекречена, что общественность может узнать правду лишь спустя годы, а то и десятилетия после самого факта его обнаружения.

Протокол тишины: два телескопа и никакой паники

Согласно международным протоколам, принятым ещё в 1989 году, любой потенциальный сигнал инопланетного происхождения должен быть подтверждён как минимум двумя независимыми радиотелескопами, расположенными в разных частях планеты. Только после многократной перепроверки, исключающей сбой оборудования, земные помехи или чью-либо мистификацию, можно делать какое-либо заявление.

«Главная цель — быть абсолютно уверенным, что вы всё сделали правильно, — объяснила Тартер. — Чтобы то, что вы объявите, не было просто сбоем в вашей системе обнаружения».

Яркой иллюстрацией этого процесса стал инцидент BLC-1 в 2019 году. Тогда учёные зафиксировали невероятно узконаправленный сигнал на специфической частоте, исходящий со стороны Проксимы Центавра, нашей ближайшей звездной соседки. Сигнал проявлялся в течение нескольких месяцев и обладал всеми характеристиками искусственного происхождения. Мир ничего не знал об этом, пока исследователи в тишине лабораторий ломали голову над его природой. В итоге его сочли помехой земного происхождения, но сам факт демонстрирует: мы можем быть крайне близки к контакту, даже не подозревая об этом.

Кто держит руку на кнопке ответа? Религия против науки

Но самым провокационным заявлением Тартер стала её мысль о том, кто будет принимать окончательное решение о ответе внеземному разуму. По её мнению, этические аспекты контакта могут контролироваться не учёными, а «религиозными организациями по всей планете».

Это заявление поднимает тревожные вопросы. Станет ли диалог с иной цивилизацией предметом торга между конфессиями? Будет ли научное открытие зависеть от догматов веры? Существующие протоколы и без того предписывают воздерживаться от любых попыток ответа до тех пор, пока правительства всего мира не скоординируют свои действия. Добавление в это уравнение религиозного фактора делает будущий контакт ещё более непредсказуемым.

Бесконечный поиск в океане космоса

Доктор Тартер также привела красноречивую аналогию, описывающую наши шансы на успех. «Все поиски, которые мы провели до сих пор, — это как сказать: "Давайте пойдём и поищем рыбу в океане", но использовать только чашку объёмом в четверть литра, зачерпнуть её, посмотреть и спросить: "Есть тут рыба?"»

Мы лишь зачерпнули первую чашку из бездонного океана космоса. Но что, если рыба уже плеснула нам в лицо, а мы, следуя сухим инструкциям, делаем вид, что ничего не произошло, пока не заполним все протоколы проверки?

Систематическая секретность SETI рождает парадокс. С одной стороны, она защищает общество от ложной паники и оберегает научную репутацию. С другой — она создаёт почву для теорий заговора о том, что контакт уже давно произошёл, а правду скрывают в засекреченных лабораториях и правительственных кабинетах.

Слова доктора Тартер — это не просто объяснение научного метода. Это признание в том, что величайшее открытие в истории человечества может быть окружено завесой молчания, и что голос разума в диалоге с космосом может утонуть в спорах теологов и политиков. Остаётся надеяться, что когда чаша SETI наконец выловит свою «рыбу», у человечества хватит мудрости не просто молча её рассмотреть, но и рассказать о ней всему миру.