Пчёлы умеют использовать инструменты для решения задач, опровергая представление о насекомых как о рефлекторных машинах

Большинство людей думают, что насекомые — это машины, основанные на рефлексах, по словам доктора Олли Лоуколы, поведенческого эколога из Университета Оулу в Финляндии, старшего автора исследования. «Они не могут иметь никаких эмоциональных состояний или чувствовать боль. Некоторые люди даже не осознают, что у них есть мозг. Я надеюсь, что эти результаты изменят мировоззрение по этому поводу».

В исследовании пчёлам дали адаптированную версию эксперимента, который 100 лет назад впервые продемонстрировал, что шимпанзе могут догадаться, как достать недосягаемый банан, поставив друг на друга ящики. С тех пор различные другие приматы, слоны и вороны присоединились к элитной группе видов, известных своей способностью к этому уровню понимания и спонтанного решения проблем. В последнем исследовании было показано, что пчёлы могут закатить шарик из пенопласта в определённое место и забраться на него, чтобы добраться до искусственного цветка на низком потолке.

Пчёлам, которым было всего несколько недель от роду, сначала обучили ассоциировать синий искусственный цветок с наградой в виде сахарной воды. Во время теста цветок был перемещён на потолок прозрачной камеры в стиле чашки Петри, потолок которой был слишком высок для них, но пространство было недостаточным для зависания. В камеру также поместили шарик. Чтобы добраться до цветка, пчела должна была закатить шарик под него и забраться наверх — последовательность действий, с которой они никогда ранее не сталкивались и не были обучены выполнять.

В самой простой версии теста 75 процентов пчёл успешно добрались до цветка. «Это, по сути, версия классической задачи "ящик и банан" для насекомых, — сказал Лоукола. — Животное должно понять, что объект можно переместить, а затем использовать в качестве инструмента для достижения иначе недостижимой цели. Что выделяется в этом результате, так это то, что этот вид спонтанного решения проблем теперь продемонстрирован у насекомого».

Оставался вопрос, действительно ли пчёлы решали проблему. Альтернативная возможность заключалась в том, что пчёлам просто нравилось ощущение катания шарика и — отдельно — их привлекало синее пятно, что означало, что они случайно оказывались в нужном месте. Чтобы проверить это, учёные подвергли пчёл всё более сложным версиям задачи. В финальной установке пчёлам позволяли исследовать левую и правую камеры, одна из которых содержала искусственный цветок, прежде чем ввести шарик. Затем учёные осветили камеру красным светом, предотвращая возможность пчёл видеть синий цветок, и ввели шарик. Чтобы выполнить задание, пчёлам нужно было вспомнить местоположение цветка и разместить шарик под ним. Двадцать три из тридцати пчёл успешно справились с заданием.

«Мы не утверждаем, что пчёлы мыслят как люди, — сказал Лоукола. — Но наши результаты показывают, что миниатюрный мозг может генерировать гибкие решения новых проблем способами, которые мы только начинаем понимать».

Профессор Ларс Читтка, поведенческий эколог из Лондонского университета королевы Марии, автор книги «Разум пчелы», не участвовавший в последнем исследовании, сказал: «Мы видели, как пчёлы делают всевозможные замечательные вещи в нашей лаборатории: считают, впечатляюще манипулируют объектами — но они удивляют меня каждый раз. Это самое чёткое демонстрирование какого-то понимания того, что поставлено на карту».

«Существует общее представление, что разумное поведение требует большого мозга, потому что у нас большой мозг и мы относительно разумны среди животных, — добавил Читтка. — Пчёлы — это модель того, сколько разума можно вместить в маленькую нервную систему... Это хорошее напоминание о том, что есть мотивация проявлять некоторое уважение к этим другим существам».

Вопрос остаётся открытым. Если насекомые с крошечным мозгом способны на гибкое решение новых задач, демонстрируя, по словам исследователей, «какое-то понимание того, что поставлено на карту», то где проходит граница между инстинктом и разумом? И если пчёлы могут чувствовать боль (а исследователи надеются, что их работа изменит мировоззрение по этому поводу), то имеет ли человечество право обращаться с ними как с «рефлекторными машинами» в сельском хозяйстве, лабораториях и повседневной жизни?