Эль-Ниньо настолько экстремальный, что у науки нет для него термина

Рекордный Эль-Ниньо продолжает расти в восточной части Тихого океана. Климатолог Дэниел Свейн объясняет, чего ждать в следующем году: «Это настолько выше всего, что мы видели раньше, что не укладывается ни в какие привычные графики».

Дэниел Свейн сделал имя на изучении экстремальных явлений на нагревающейся планете. Пожары, наводнения, засухи, жара, штормы — если это рекорд, скорее всего, Свейн его изучал.

Как научный сотрудник по погоде и климату в Институте окружающей среды и устойчивого развития Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, Свейн посвятил жизнь пониманию так называемых «выбросных событий» и того, как изменение климата их усиливает. Затем он объясняет их — и не только коллегам-учёным. Он тратит более 1000 часов в год на климатическую коммуникацию для публики.

Свейн — автор проекта «Weather West» и придумал термин «Ridiculously Resilient Ridge» в декабре 2013 года, будучи аспирантом первого года, для обозначения гребня высокого давления, поддерживавшего засуху 2011–2017 годов в северной Калифорнии и на тихоокеанском Северо-Западе. Как климатолог и пожизненный калифорниец, он внимательно следит за текущим Эль-Ниньо.

Согласно недавнему исследованию в журнале Science, текущий Эль-Ниньо, вероятно, сильнейший за более чем тысячелетие. После этого откровения генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш предупредил: «Наука не оставляет места для сомнений: планета находится в неизведанных водах, и эти воды нагреваются».

Чиновники от Британии до Лос-Анджелеса выпускают рекомендации для жителей подготовиться и запастись необходимым в преддверии этого исторического Эль-Ниньо.

В недавнем интервью Свейн и репортёр Inside Climate News Нина Дитц обсудили, почему этот Эль-Ниньо не похож на всё, что мы видели раньше, и что он может значить для Калифорнии и не только.

Эль-Ниньо как батарея

Дэниел Свейн: Эль-Ниньо — это колебательный контур подзарядки, который фактически представляет собой батарею.

Тропические океаны — большой тепловой резервуар. Тропики тёплые, много солнца падает прямо на воду, а затем течения погружают часть этого тепла в более глубокие слои. Но затем наступает момент, когда в Тихом океане накапливается так много энергии, что система становится нестабильной и нуждается в выравнивании. Способ, которым она это делает, — через Эль-Ниньо.

Вот почему Эль-Ниньо и Ла-Нинья, вместе известные как Эль-Ниньо-Южное колебание (ENSO), полуцикличны, приходят каждые два-семь лет. Это можно воспринимать как данность. Мы можем рассматривать это как батарею, потому что есть определённая точка, за которой она не будет продолжать перезаряжаться. Так что Эль-Ниньо — это разрядка полностью заряженной батареи океанской системы.

Мы вступаем на экстремальную территорию с этим событием, вероятно, рекордную. Возможно, у нас будет ещё одно через пару лет. Но было бы довольно трудно иметь ещё одно сильное через пару лет, потому что это, похоже, действительно разрядит батарею. Но одновременно батарея становится больше и быстрее перезаряжается с глобальным потеплением.

Так что это всё большая и большая батарея со временем. Подавляющее большинство энергии, накапливающейся в системе Земли из-за изменения климата, хранится в океанах. Так что Эль-Ниньо — один из способов, которыми океан «отрыгивает» это дополнительное тепло.

Но вся эта избыточная энергия в тропической части Тихого океана разряжается в атмосферу. Как только она попадает в атмосферу, она перемещается по всему миру, пока эта энергия рассеивается.

Энергия Эль-Ниньо, выходящая из океанов в атмосферу, временна. Так что это не значит, что мы постоянно нагреваемся из-за Эль-Ниньо. Мы увидим рекордное глобальное тепло позже в этом году и в 2027 году.

Но проблема в том, что эти выбросы тепла становятся больше, потому что в Тихом океане хранится больше тепла. И всё становится ещё сложнее.

Как измеряют Эль-Ниньо

Нина Дитц: Сложное — это здорово!

Свейн: Ну, то, как мы измеряем силу события Эль-Ниньо, изменилось. Исторически мы буквально рисовали прямоугольник в тропической части Тихого океана и измеряли, насколько там теплее, чем в среднем.

Но с этим есть несколько проблем. Во-первых, среднее — не то, что было раньше, это движущаяся цель.

Чтобы учесть это, NOAA теперь приняла новую метрику интенсивности Эль-Ниньо-Южного колебания, известную как Относительный океанический индекс Ниньо. Это изменение по сравнению с Океаническим индексом Ниньо, то есть RONI против ONI.

Все океаны Земли теплее, чем 30 лет назад, но восточная тропическая часть Тихого океана важна во время Эль-Ниньо из-за того, насколько она тёплая относительно остального океана. RONI полезен для понимания сдвигов штормовых траекторий. Разница определяет, куда и как смещаются струйные течения, потому что они сами основаны на температурных различиях.

Если вы хотите знать о зимних осадках в Калифорнии или засухе в Индонезии, то RONI может быть лучшей метрикой.

Однако есть и другие климатические воздействия Эль-Ниньо, которые зависят от абсолютного числа, и в этом случае вычитание сигнала потепления может вводить в заблуждение. Например, по состоянию на 24 августа RONI сравнялся с 1997–1998 годами как самый сильный RONI за всю историю наблюдений для конца августа. Это довольно экстремально.

Очевидно, даже если использовать более консервативную меру, мы находимся на редкой территории. Однако если использовать ONI, мы уже находимся на территории, разрушающей рекорды. Это настолько выше всего, что мы видели раньше, что не укладывается ни в какие привычные графики.

Дитц: Вот почему внезапно появился новый график с расширенной шкалой?

Свейн: Да, так что вы можете получить очень разный ответ в зависимости от того, какой индекс используете: RONI лучше отражает относительные изменения, которые отражают сдвиги в штормовой траектории. Но абсолютные изменения важны для общего ускорения глобального гидрологического цикла.

Это не зависит от относительных градиентов в Тихом океане. Это просто функция средней глобальной температуры, которая будет масштабироваться больше с абсолютной интенсивностью ENSO.

Если использовать эту общую климатическую перспективу, вы получите действительно более тревожный ответ из абсолютных чисел, потому что они говорят нам, что позже в этом году и в следующем мы почти наверняка увидим снова рекордные глобальные температуры. Побив даже температурные рекорды, которые мы видели в последние годы, возможно, со значительным отрывом, а также увеличение интенсивности глобального гидрологического цикла.

Мы можем увидеть температуры в следующем году, близкие к диапазону 1,7 градуса Цельсия, и даже выше.

Это даст нам вкус того, как выглядит значительно выше 1,5 градусов. Это будет климат следующего года с точки зрения температуры, экстремальных дождей, экстремальной засухи и лесных пожаров. И это то, что мы не смогли бы полностью понять только из этого индекса RONI.

Дитц: Я слышала, его называют Эль-Ниньо «Годзилла»?

Свейн: Ну, этот формируется как чудовищный. Хотя, чтобы было ясно, это не фактическая категория. Максимум — «очень сильный». У нас нет категории для этого.

Интересно и тревожно, что прогноз на эту осень предполагает, что он усилится настолько больше, что уже не будет иметь значения, какой индекс мы используем; скорее всего, он побьёт рекорды к поздней осени в любом случае. Он будет ещё больше отрываться от группы. Этот год будет бурным.

Что это значит для людей

Дитц: Что это будет значить для людей, живущих через это?

Свейн: Это резко зависит от того, где вы находитесь, потому что одна из вещей, которую делает Эль-Ниньо, — в некоторых местах он приводит к устойчивым экстремальным дождям, а в других — к экстремальной засухе. Это действительно очень регионально специфично. То, что говорит нам абсолютная температура, — это то, что общая интенсивность этих экстремумов, вероятно, будет больше. Атмосфера ведёт себя подобно всё большей кухонной губке, чем она теплее. Это чисто функция температуры, верите вы или нет.

Это действительно сводится к тому, что скорость испарения экспоненциально выше при более высоких температурах. А что поднимается, должно опуститься.

Дитц: Что вас беспокоит для людей по всей Калифорнии?

Свейн: Моя главная забота этой зимой — о людях, живущих на побережье Калифорнии, потому что этот рекордный Эль-Ниньо удвоит количество подъёма уровня моря, которое мы видели от изменения климата, за одну ночь.

Дитц: Подождите, правда?

Свейн: Мы видели около 20–30 сантиметров подъёма уровня моря из-за изменения климата исторически за прошлый век в Калифорнии, что уже вызвало свои проблемы. Это событие, вероятно, добавит ещё около 30 сантиметров сверху прямо между сейчас и декабрём.

Это довольно большое дело, потому что этой зимой подъём уровня моря временно удвоится за одну ночь. И вдобавок к этому Эль-Ниньо также увеличивает вероятность значительных зимних штормов как раз в сезон самых высоких приливов.

Так что у вас не только временное повышение уровня моря поверх постоянного подъёма, вызванного изменением климата, но и повышенная вероятность действительно больших океанских волн, и вдобавок к этому временные штормовые нагоны. У нас нет 6-метровых штормовых нагонов, как во время урагана на побережье Мексиканского залива, к счастью. Но вы всё равно можете получить 30–60 сантиметров.

Дитц: Это не звучит так уж плохо?

Свейн: Ну, если добавить 30–60 сантиметров поверх 30 сантиметров подъёма уровня моря, поверх 30 сантиметров временного подъёма Эль-Ниньо, а затем сложить это… да. У нас также есть королевские приливы, которые достигают пика как раз тогда, когда всё остальное достигает пика в ноябре и декабре. И королевские приливы этого года, к сожалению, будут одними из самых высоких.

Это чистая случайность, не связано с климатом, но они будут особенно высокими в ноябре и декабре этого года.

Так что вероятность рекордных прибрежных наводнений в Калифорнии довольно высока в ноябре и декабре особенно. И помните, в Калифорнии самый высокий риск прибрежных наводнений не всегда вдоль океанического побережья, как ни странно, а в таких местах, как залив Сан-Франциско.

Но это затрагивает миллионы людей, включая тех, кто может не думать об этом так много, потому что они не живут у океана, но находятся в пределах нескольких футов от уровня моря на приливно связанном заливе или эстуарии. Это проблема номер один.

И я упомянул её первой, потому что она почти наверняка произойдёт.

Другая часть — это осадки в Калифорнии.

Дитц: О?

Свейн: Более влажная, чем в среднем, зима в Калифорнии крайне вероятна, особенно в Южной Калифорнии. Но также растут шансы на очень влажную зиму, которая может принести повышенный риск пресноводных наводнений. Так что у нас есть эти две вещи вместе. Это утверждение средней-высокой уверенности.

Прибрежное наводнение на данный момент практически несомненно. Но оба этих явления в некоторых местах могут сочетаться, когда пресноводные потоки и солёные воды смешиваются.

Дитц: Когда вы говорите о воздействии на уровень моря, особенно с этими королевскими приливами и добавлением пары штормовых нагонов для ровного счёта, что бы вы хотели, чтобы люди поняли, вступая в это?

Свейн: Я сосредотачиваюсь немного больше на прибрежных воздействиях, потому что они почти несомненны. Они не зависят от того, принесёт ли Эль-Ниньо особенно сильные дожди. Я думаю, вероятно, принесёт, но это всё ещё в очень вероятной территории, а не в определённой. Но этот подъём уровня моря неизбежен с Эль-Ниньо такой величины. И воздействия, вероятно, будут довольно большими. Я имею в виду, подумайте о воздействии, которое мы видели в 1982–1983 или 1997–1998 годах, а затем добавьте эффекты накопленного подъёма уровня моря с тех пор.

Дитц: Можете дать некоторое представление о воздействиях 1997–1998 годов?

Свейн: В Калифорнии они привели к массовой береговой эрозии. Подумайте о шоссе №1 в Калифорнии, например. Были огромные оползни, уничтожавшие шоссе и транспортные коридоры.

Только первые несколько дюймов подъёма в Южной Калифорнии уже вызвали достаточно эрозии, чтобы закрыть линию Amtrak вдоль побережья, и это только начало.

В прошлом некоторые из худших наводнений были в обращённых к океану гаванях, таких как Санта-Крус, где волны перехлёстывали через обычную береговую линию. Некоторые из наиболее разрушительных вещей были в местах вроде внутренней части залива Сан-Франциско, где такие места, как округ Марин, округ Напа и даже Пало-Альто, испытали крупные наводнения, потому что залив поднялся над дамбами и волноломами и затопил районы и автомагистрали на значительную глубину. И только в прошлом году мы видели рекордные прибрежные наводнения без сильного Эль-Ниньо в некоторых из этих мест.

Есть ряд критических транспортных артерий, шоссе 1, шоссе 101; многие из основных аэропортов региона залива; большинство крупных технологических фирм, Facebook, Google; все они находятся в местах, подверженных значительным наводнениям из залива.

Я думаю, некоторые из наибольших воздействий могут быть в таких местах, как регион залива Сан-Франциско, что не всегда интуитивно понятно, но там огромное количество людей и инфраструктуры в пределах двух метров от уровня моря.

Дитц: И эти два метра — поверх текущего уровня моря или от доиндустриального уровня?

Свейн: Ну, я думаю, в любом случае. Чтобы поставить в перспективу, основные межштатные и региональные шоссе в регионе залива сейчас затопляются немного почти каждый королевский прилив. Разница в том, что это вроде как управляемо, возможно, когда на некоторых из этих дорог всего несколько сантиметров воды, несколько раз в год и в предсказуемом цикле. Но это будет очень по-другому, если это будут десятки сантиметров вместо сантиметров и если это будет много раз, а не всегда по одному и тому же предсказуемому расписанию королевских приливов.

Некоторые низменные районы, которые обычно затоплялись бы во время королевских приливов, будут более или менее затоплены на зиму. Но проблема будет действительно в местах чуть выше этих высот, которые обычно не затоплялись бы во время королевских приливов. Они могут затопиться в этом году. И я не думаю, что люди там будут готовы.

Инфраструктура чрезвычайно уязвима на высоте 30–60 сантиметров выше типичного диапазона королевских приливов. Ущерб может быть разрушительным. Это классический пример встроенных порогов. Мы построили волноломы, подняли дороги, построили сооружения до верхней границы того, к чему мы исторически привыкли. Как только мы начинаем превышать это водой, это становится значительной проблемой, потому что даже несколько сантиметров воды в вашем доме — большая проблема. А автомобили, инфраструктура и всё, что подвергается воздействию солёной воды, имеет ещё большую проблему, чем пресная вода.

Ла-Нинья после Эль-Ниньо

Дитц: Можете объяснить, почему Ла-Нинья следует за Эль-Ниньо?

Свейн: Эль-Ниньо разряжает батарею. Когда вы снова подключаете её, требуется время, чтобы заряд снова накопился.

Вот почему Ла-Нинья более вероятна после Эль-Ниньо, но что важнее, после очень сильного Эль-Ниньо шансы растут, что Ла-Нинья последует, потому что мы более полностью разрядили батарею. Шансы высоки, что Ла-Нинья вероятна в следующем году.

Дитц: Так что люди не должны рассчитывать на дополнительные осадки в этом году, чтобы спасти нас от текущего водного кризиса?

Свейн: В некоторых местах один год покупает вам много. Но решит ли это кризис бассейна Колорадо? Короткий ответ — решительное нет. Но не потому, что там не будет влажно. Даже самый влажный год за всю историю наблюдений не решил бы кризис бассейна Колорадо. Это не один, два или даже три засушливых года. Это три засушливых десятилетия.

Есть дополнительная проблема: спрос на воду больше, чем когда-либо, даже до того, как количество начало уменьшаться. И вдобавок к этому изменение климата уменьшает доступное количество.

Это ничего не решит. Это может помочь в краткосрочной перспективе. Мы можем быть в немного лучшей форме следующим летом, если нам повезёт.

Но это не компенсирует десятилетие или два засухи. Это компенсирует этот год, может быть. Это может вернуть нас туда, где мы были год или два назад, что всё ещё было кризисом с точки зрения нехватки воды.

Это может дать людям повод отложить ещё на год и не решать основные проблемы. Скорее всего, это просто продлит неизбежный марш к мёртвой точке ещё немного.

Источник:  https://earth-chronicles.ru/