Вопрос о том, были ли у человечества контакты с внеземными цивилизациями в прошлом, становится не академическим казусом, а ключом к пониманию собственной идентичности. Если контакт был — как он изменил ход истории? Какие знания были переданы? Какие технологии утеряны? И главное — когда произойдёт следующий контакт?

Последний раз мощное землетрясение в этом районе произошло 11 марта 2011 года. Магнитуда тогда достигла 9,0. Последовавшее за ним цунами унесло более восемнадцати тысяч жизней и вызвало аварию на атомной электростанции Фукусима-Дайити.

Является ли цвет, который видит человек, объективным свойством внешней реальности или же проекцией его собственного уровня сознания? Если система действительно не распознаёт определённые цвета, то, надевая их, человек становится невидимым для неё. Но что, если сама способность видеть эти цвета и есть признак того, что человек уже находится за пределами досягаемости системы,

Почему ритуал, предназначенный для защиты ассирийского царя, оказался на окраине империи, в городе, который вскоре был разрушен? Был ли Гильгамеш реальным человеком, правившим Уруком, или же его имя — как и имена царей, перечисленных до потопа — является литературным вымыслом, который древние писцы копировали так же старательно, как исторические факты?

Если клетки действительно могут порождать новые генетические последовательности без матрицы, то эволюция может иметь в своём распоряжении инструмент, который традиционная генетика не учитывала.

Монбиот называет это «культом смерти миллиардеров», который держит руку на горле человечества. Этот культ одновременно и вызывает экзистенциальный кризис, и преуменьшает его значение. Несколько тысяч человек, утверждает он, могут разрушить цивилизации. Ставки не могут быть выше. И пока человечество спорит о процентах валового продукта, океанские течения, возможно, уже замедляются. И точка невозврата может быть пройдена раньше, чем кто-либо успеет сказать: «Мы не знали».

Если для идентификации образца, принадлежащего уже известному виду, потребовалось два с половиной года и кооперация нескольких ведущих научных институтов, то сколько ещё неизвестных существ скрывается в глубинах океана, которые люди даже не начинали искать?

Если президент действительно готов рассекретить документы «очень, очень скоро», то что именно удерживает Белый дом от немедленной публикации? И сколько ещё раз американцы услышат обещания раскрыть правду, прежде чем увидят хотя бы один файл, который не был бы тут же объявлен устаревшим или не имеющим отношения к делу?

Если феномен неопознанных объектов — это не инопланетное вторжение, а нечто гораздо более древнее и сложное, то как человеку отличить подлинное взаимодействие с иной реальностью от проекций собственного подсознания? И если фейри, эльфы и «серые» пришельцы — это разные маски одного и того же явления, то что изменится в подходе к его изучению?

. Если театр, простоявший в руинах столетия, продолжает приносить такие дары, какие другие божества — или, возможно, целые сцены из «Одиссеи» — всё ещё ждут, чтобы их извлекли из-под обломков и пыли?