Медный свиток и война на два фронта: почему ессеи исчезли, а их пророчества сбываются сейчас: Война между Светом и Тьмой не выигрывается золотом и не проигрывается из-за отсутствия армии. Она выигрывается частотой. И проигрывается, когда те, кто держит частоту, забывают, зачем они это делают.

Вопрос, который остаётся без ответа: если Антарктида уже ведёт себя как «новая система», то сколько времени потребуется, чтобы изменения стали необратимыми? И что произойдёт с глобальным климатом, когда Южный океан потеряет способность закачивать тепло и углерод на глубину — туда, где они не нагревают атмосферу?

Вопрос, который остаётся за рамками исследования: если мозг постоянно редактирует прошлое, отбрасывая одни воспоминания и укрепляя другие, то насколько то, что мы называем «собой», является не фиксированной сущностью, а непрерывно пересобираемой версией, которую наш собственный мозг одобрил для хранения? И кто или что наблюдает за наблюдателем?

Гибернация — это состояние замедленной жизнедеятельности (в биологии). В природе это зимняя спячка, снижающая обмен веществ.

Луис Элизондо — американский писатель, медийная личность и активист, выступающий за раскрытие информации об НЛО, ранее работавший в Министерстве обороны США.

Плутоний распадается в своём темпе. Около четырёх ватт в год исчезает независимо от того, что делает команда. Вопрос, на который инженеры «Вояджера» продолжают отвечать поэтапно, — какую из оставшихся систем отключить следующей.

Вопрос, который остаётся за рамками этого открытия: если плавучесть скрытого слоя когда-либо ослабнет — из-за эрозии, химических изменений или тектонических сдвигов, — то как быстро Бермуды начнут погружаться в океан? Сейчас они держатся на плаву десятки миллионов лет. Но никто не знает, сколько им осталось.

Исследователи призывают производителей и регулирующие органы размещать на пластиковых чайниках предупреждающие этикетки. Простое ополаскивание перед первым использованием, как выяснилось, почти не помогает. Эффективны только многократные циклы кипячения со сливанием воды.

Вопрос, который остаётся без ответа почти сто лет: если принцип Шаубергера работает — а эксперименты Штутгарта и Стокгольма это подтвердили, — почему мировая энергетика продолжает взрывать топливо, а не закручивать воду? И сколько ещё лесничих, не имеющих дипломов, хранят в своих тетрадях ключи к силам, которые официальная наука не готова признать?

Москва — огромный мегаполис, где время часто становится главной ценностью, а передвижение между аэропортами, вокзалами и удаленными районами может отнимать часы.