И зло, за которое мы ответственны, когда выбираем его вместо благого, не есть ответственность Бога. Видишь ли, дитя моё, через сколько тел мы должны пройти, через сколько войск демонов, через сколько космических связей и звёздных кругов, чтобы устремиться к Единому и Единственному?

Она не была старухой. Она не была «третьей фазой» луны. Она не была символом увядания. В древнем мире Гекату почитали как юную деву, прекрасную и грозную, владычицу перекрёстков и проводницу между мирами. Как же случилось, что в современном язычестве и викканстве её стали изображать сгорбленной старухой с ключами и факелами? И почему эта ошибка — не просто историческая неточность, а настоящее профанация божества?

«Это величайшая слава души. Когда душа, вошедшая в человеческое тело, остается злой, она не вкушает бессмертия и не причащается высшему благу. Будучи увлеченной, она обращается вспять в своем путешествии к пресмыкающимся, и это осуждение злой души. Зло в душе есть невежество; ибо душа, не знающая ни о существах, ни об их природе, ни о высшем благе, слепа и сотрясается телесными болями. Злой дух, не ведающий себя, становится рабом чудовищных и жалких тел. Он несет свое тело как бремя и не повелевает, но им повелевают. Такова зло души».

«Как вверху, так и внизу; как внизу, так и вверху». Эти слова из «Изумрудной скрижали» — древнего герметического текста, приписываемого Гермесу Трисмегисту, — утверждают принцип, который разрушает привычные категории. Внешнее отражает внутреннее. Космическое отражает личное. Граница между наблюдателем и наблюдаемым, между психикой и космосом оказывается проницаемой — или, возможно, иллюзорной. 

В древнегреческой мифологии Гермес был многоликим божеством — покровителем воров, торговцев, путешественников и даже проводником мёртвых в подземный мир. Но у него была и другая, менее известная ипостась: Криофор — «носитель барана». В этой роли он спасал города от болезней, принося в жертву барана и обнося его вокруг городских стен. И этот образ, пережив античность, стал одним из главных символов раннего христианства — Добрым Пастырем, несущим на плечах заблудшую овцу.

Под песком, как оказалось, скрывалось нечто, чего никто не ожидал найти. С помощью георадара и электротомографии учёные обнаружили L-образную структуру на глубине около двух метров, а под ней — ещё одну аномалию, которая может быть либо пустотой, либо плотным слоем песка и гравия. Что это — вход в неизвестную гробницу, часть забытого храмового комплекса или что-то совсем иное? Пока никто не знает.

Чёрные дыры — одни из самых загадочных объектов во Вселенной. Но группа физиков из Германии предложила гипотетическую альтернативу: «гравастары» — объекты, которые выглядят как чёрные дыры, но не имеют сингулярности и горизонта событий. Внутри них, по расчётам, может скрываться мини-вселенная, расширяющаяся наружу и удерживающая коллапсирующую материю в равновесии. Если такая структура существует, она может полностью изменить наше понимание космоса.

Зимой 2024 года американские пчеловоды пережили самую масштабную гибель колоний в истории страны — потери достигли 40–60% от общего числа ульев. Но за этой цифрой скрывается нечто большее, чем проблемы одной отрасли. По данным ООН, опыление требуется для 85% выращиваемых культур и 90% дикорастущих растений. 

Задолго до того, как греки начали возводить свои храмы, за много веков до появления первых письменных источников, в культурах Средиземноморья существовал образ, который археологи называют «Повелительница зверей» — «Потния Терон». Женская фигура, стоящая между львами, сжимающая в руках оленей или леопардов. Она появляется на печатях, фресках, статуэтках и монетах — от неолитической Анатолии до архаической Греции. Её имя встречается в гомеровском эпосе и в надписях на глиняных табличках. Но кто она на самом деле — богиня, жрица или символ власти над природой, который пережил тысячелетия?

В густых джунглях южной Мексики археологи обнаружили ранее неизвестный город майя, скрывавшийся под пологом леса более тысячелетия. Названный Минанбе — «нет пути» на юкатекском языке майя — он оказался полностью нетронутым, без следов разграбления, что бывает крайне редко.