Верные многоженцы: масаи

Мужчина — добытчик, женщина — хранительница очага. Так повелось у всех народов. У масаи на каждого добытчика приходится несколько «очагов» — по количеству жен. И каждая стоит стада коров.

оя семья не самая большая — у отца четыре жены и пятнадцать детей. Бывает и по шесть-восемь жен. Отца зовут Ой Бой, а мать — Приясой. Вся семья живет на материке, в деревне Рубукой в Танзании. Но я и трое моих старших братьев отправились на острова на заработки. Мои братья служат охранниками в отелях, а я продаю украшения. Вообще, ил-масаи (так масаи называют себя) не уезжают надолго далеко от семьи. Как только я обменяю все украшения на деньги, сразу вернусь домой.

У моего отца 125 коров. Но по местным меркам наша семья не считается богатой. По-настоящему обеспеченные семьи держат по 300–500 коров. Скот принадлежит всей семье. Однако если кто-то из сыновей захочет образовать новую семью, ему отводят землю и дают коров. Я пока не женат, но если мне найдут невесту, то семья решит, сколько коров мы за нее заплатим. Чем светлее кожа девушки, тем больше коров дадут.

Я пока не хочу жениться. А когда захочу, я должен буду уйти из семьи и основать с женой новое поселение. Маньятта — так называются наши дома из сухого коровьего навоза с крышей из прутьев. Традиционно дом строит жена. Каждая новая жена строит свою маньятту.

В наших семьях все подчиняются старшему, отцу. Каждый чтит его волю и старается выполнять свои обязанности. Женщина заботится о доме, поддерживает огонь, готовит еду, воспитывает детей, доит коров, собирает ветки для топлива, ходит за водой. К мужчине эти обязанности не имеют отношения. Мужчина — охотник, воин, добытчик. Зачем ему, например, доить корову? Если кто-то из моих братьев увидел бы такое, он бы точно помер со смеху.

Корова для ил-масаи — источник жизни. Корова отдает нам всю себя. Это еда: мясо, молоко, масло. Из кожи коровы мы делаем кровати. Из высушенного навоза — жилища. Все ил-масаи пьют кровь живой коровы — это дает воину силу. Мы верим, что верховный бог Нгаи дал весь скот ил-масаи, и считаем, что другие племена, у которых есть коровы, их у нас украли.

В каждом поселении дома стоят кругом. А в середине есть место, огороженное прутьями, — это для коров, сюда мы их загоняем на ночь. Совсем маленькие телята ночуют в доме. Все спят вместе. В доме есть кровать для жены, для детей и большая кровать для отца. Правда, отец проводит ночи поочередно в разных домах, чтобы с ним могли побыть все дети и все жены.

В центре каждого поселения масаи — загон для скота

Все мужчины у нас до семнадцати называются лаёни — это дети. Когда мальчику исполняется 18, он уже морани, то есть воин-охотник, как, например, я. Когда мне исполнится 36 лет, я уже буду женат и буду называться лайбони. Лайбони не ходят на охоту. Они полностью заботятся о семье и женщинах. Каждому возрасту соответствует своя одежда. Мальчики носят одну накидку энаннга, морани — две, а взрослые мужчины пользуются тремя энаннга. Это очень эффектно. Молодые мужчины отращивают длинные волосы и украшают себя оружием и амулетами. Мы, ил-масаи, любим хорошо выглядеть.

Женщины масаи бреют головы налысо — они не должны привлекать к себе внимания посторонних мужчин — и носят широкие шейные украшения. Правда, женщин масаи не увидишь на улицах в городах. В отличие от кочевников-мужчин они не отходят далеко от родной деревни. Увидеть наших женщин можно, придя в гости к масаи. Тогда, если глава семейства прикажет, они выстроятся в ряд, споют приветственную песню и исполнят танец. Правда, женский танец не такой активный, как мужской.

Женщины просто двигают плечами в такт пению, чтобы их широкие ожерелья ходили ходуном.


Ил-масаи — очень музыкальный народ. Мы всегда поем песни. Для каждого случая особая песня. К примеру, когда воин убивает льва, мы поем одну песню. Когда праздник — другую. Для торжества есть песня мчололо. Под нее мы танцуем наш традиционный танец. Молодые мужчины стараются прыгнуть как можно выше. Это всегда очень весело. Многие русские туристы быстро подхватывают этот танец и пытаются показать нам свои возможности. Но выше ил-масаи им не прыгнуть.

Мы, ил-масаи, все очень высокие и сильные. Средний рост нашего воина — метр девяносто. Но мы никогда не начинаем драку первыми. Все ил-масаи ходят с палками в руках, но эта палка нужна, чтобы пасти коров. Мы ведем простой деревенский образ жизни.

Мужчины масаи пасут коров и всегда ходят с длинными палками

Я сейчас не охотник, а добытчик. Здесь, на острове, я продаю туристам наши украшения. Их делают девушки в деревне. Браслеты с бубенцами называются «нгили-нгили», потому что они звенят. Плетеные из бисера украшения на руки называются «орбангили». Браслеты на ноги называются «нгадырка».

Многие белые женщины обожают с нами фотографироваться. Но туристы не должны фотографировать масаи без разрешения, иначе может случиться скандал. Некоторые наши реагируют очень враждебно, могут догнать и отнять камеру. Гиды рассказывают, будто мы верим, что так туристы крадут нашу душу. Но мы не такие глупые. Скорее, это вопрос справедливости. Многие туристы приезжают в Африку с хорошими дорогими камерами, делают снимки, потом продают их. Мы просто хотим небольшой благодарности в виде денег. Ну или купите у нас украшения.

Женщины и девочки носят ожерелья из бисера

Я пользуюсь мобильным телефоном. Дима-Али из отеля, в котором работает мой брат, накачал мне в телефон разную европейскую танцевальную музыку. Иногда я ее слушаю. Вообще-то наши не одобряют, когда мы так близко прикасаемся к чужой культуре, но я не очень беспокоюсь из-за этого.

Мне не по вкусу европейская еда. Я не любитель экспериментов со своим желудком. Мне больше нравится еда, приготовленная нашими женщинами. Например, угали — пюре из кукурузной муки и батата. Если есть угали без всего, то на вкус это как пустота. А когда добавишь куриное мясо и кожу, получается очень вкусно.

Масаи совсем не хотят менять свой образ жизни. Мы живем так же, как наши предки 100 и 200 лет назад. И я уверен, что еще через 100 или 200 лет мы все так же будем ходить с палками в руках, укутавшись в красные или синие ткани. И все так же будем пасти стада, пить коровью кровь и свободно пересекать границы.