Внимание к жестокому обращению с животными говорит о повышении нравственности общества

Французский психиатр и этолог Борис Цирюльник считает, что открытие сознания у животных подразумевает нравственный долг человека по отношению к ним. Общество начинает осознавать, что нельзя мучить живое существо, которое страдает и обладает сознанием, пусть даже и отличным от нашего. Уважать экологию и животный мир в интересах человека: уничтожив его, мы уничтожим и самих себя. 

Психиатр и этолог Борис Цирюльник (Boris Cyrulnik), который прославился своей концепцией устойчивости и участием в дебатах по этике, применяет методы изучения поведения животных к исследованию людской психики. 7 октября он участвует вместе с экологом Элиз Юшар (Elise Huchard) и океанографом Франсуа Сарано (François Sarano) в дебатах «Любить себя как животных» в рамках фестиваля «Монд».

«Монд»: Вот уже три десятка лет ученые открывают у животных социальные возможности, о которых никто не догадывался. Какие примеры в этой области, по вашему мнению, наиболее яркие?

Борис Цирюльник: В 1950-х годах ученые, специалисты по приматам, в частности Гарри (Harry Harlow) и Маргарет Харлоу (Margaret Harlow), сумели доказать, что у животных тоже есть чувства. Путем изоляции обезьян, а затем собак, лишения их внешних контактов, они выявили, что у этих животных развиваются направленная на их самих деятельность: покачивание, вращение и или даже самоагрессия при сильных эмоциях. Хотя полученные в этих экспериментах результаты и были очень убедительными, они не смогли в ту эпоху войти в нашу картезианскую и христианскую культуру.

Вот уже 10-15 лет назад нейробиология доказала, что у млекопитающих и даже птиц есть сознание. Это означает, что они могут испытывать удовольствие и страдания. У них за эмоции и память отвечают те же зоны, что и у людей. Если уколоть или порезать животное, те же самые химические вещества воздействуют на те же самые участки мозга.

- У некоторых видов животных остается один партнер на всю жизнь. Можно ли сказать, что они «любят» друг друга в том же смысле, как это говорится о людях?

— У животных толчком к проявлению сексуальной ориентации становятся запах, визуальное восприятие или звук. Даже когда животное знакомится с партнером, можно говорить о привязанности, но не любви. Человеку, наверное, тоже знакомо такое восприятие, которое порождает сильную сексуальную мотивацию. Как бы то ни было, любовь у человека — это сильное чувство, которое связано с внутренними представлениями, а не запахом, визуальным или звуковым восприятием.

- Животные тоже умеют сотрудничать, причем иногда лучше, чем люди. Что могут рассказать нам о людской психологии социальные отношения животных?

— Животные позволяют нам многое узнать о работе нашего мозга, который сформирован нашей средой. Начиная с опытов Харлоу, было доказано, что у наших младенцев, даже при прекрасном биологическом здоровье, не было бы ни единого шанса на правильное развитие, если бы они были одни, а не в присутствии того, кто успокаивает и защищает их.

У молодых высших млекопитающих и наших детей наблюдаются одни и те же поведенческие, биологические и неврологические изменения в связи с одиночеством. Изолированное молодое животное не учится ритуалам игры, а одинокий ребенок не учится играть и говорить, не узнает ничего из того, что отличает человека.

- Вместе с другими деятелями вы призвали два года назад сформировать государственный секретариат по делам животных. Набирающее обороты движение против жестокого обращения с животными стало поворотным моментом для нашего общества?

— Да, это действительно можно назвать поворотным моментом. Мы очень долгое время находились под влиянием Декарта, который приравнивал животных к механизмам, поскольку разум был уделом человека. В картезианском представлении у животных нет внутреннего мира.

Сейчас нам известно (это было доказано), что у животных есть не только чувства, но и сознание. Это сознание, разумеется, отличается от нашего. Как бы то ни было, животное в состоянии анализировать настоящую или прошлую информацию и пользоваться ею для решения или предвосхищения проблемы.
В естественной среде было отмечено, что обезьяны обдирают листья с ветки, несут ее с собой несколько километров, аккуратно просовывают ее в термитник, ждут, пока насекомые залезут на нее, а затем достают ее, чтобы полакомиться термитами. Животные создают инструмент, используют камни, чтобы расколоть орехи, у них есть кулинарные ритуалы. Такому взгляду на животное как нечто большее, чем просто механизм, было непросто закрепиться в нашей картезианской культуре. Говорить о полной победе еще рано.

- Что вы думаете об этих переменах? Что они говорят о нашем обществе?

— Растущее внимание к жестокому обращению с животными говорит о повышении нравственности общества. Мы осознаем, что не можем мучить живое существо, которое страдает и обладает сознанием, пусть даже и отличным от нашего. Как только у нас возникает сопереживание другим живым существам, нравственный запрет не позволяет нам их мучить.

- Вы выступаете за права животных?

— Животные имеют право на уважение как живые существа. Нам нужно дать животным право на жизнь без пыток со стороны людей. Как бы то ни было, это в первую очередь накладывает обязанность на нас, людей: не убивать и не мучить других живых существ, даже если они не похожи на нас. Уважать живой мир, как экологию, так и животных, в наших с вами интересах: если мы уничтожим его, то уничтожим и самих себя.