Новая научная статья об использовании обогащенного ураном (уран-235 в виде "желтых лепёшек") в Древнем Египте для продления жизни

В современном мире уран-235, топливо для атомных реакторов и ядерного оружия, ассоциируется с высокими технологиями XX века. Его начальная форма, так называемый «жёлтый кек» (yellowcake), — это порошок закиси-окиси урана, получаемый после переработки руды. Однако новое исследование, изучающее древнеегипетские религиозные тексты, предлагает шокирующую гипотезу: знания об этом веществе и даже методы его обогащения могли быть зашифрованы в ритуалах, посвящённых продлению жизни и обожествлению фараона.

Сердцем исследования стали «Тексты саркофагов» и «Тексты пирамид» — собрания магических формул и заклинаний, призванных обеспечить переход усопшего правителя в вечную жизнь. В них постоянно фигурирует особая «магическая пища» — тчефау (tchefau), описываемая как «лёгкая пища в виде лепёшек и эля (или хлеба и молока)». Особое внимание уделяется «лепёшкам шафрана». В одном из пассажей, переведённом ещё в конце XIX века, говорится: «Ему [Осирису] принесли лепёшки шафрана; ему дали лепёшки шафрана в ящике; лепёшки шафрана — это глаз Гора».

Исследователи обращают внимание на ключевой эпитет — «жёлтый». «Жёлтый кек» урана-235 — распространённый технический термин. Но в текстах речь идёт не просто о цвете. Последовательность описаний указывает на технологический процесс. Сырой «жёлтый кек», как известно сегодня, не способен вызвать цепную реакцию. Его необходимо обогатить — повысить концентрацию делящегося изотопа урана-235. Промежуточным продуктом этого процесса является охлаждённая молочная жидкость гексафторида урана.

Именно эта стадия, по мнению авторов гипотезы, отражена в текстах. За описанием жёлтых лепёшек следуют сложные ритуалы с молоком. В «Текстах саркофагов» провозглашается: «Пища [жёлтый кек] была очищена, и молоко было возвращено на свой proper уровень». Далее Осирис заявляет: «Я — сын Богини Молока. Моя мать дала воскурение ладана (истечение). Я сосал свою мать (для) молока гниющего разложения». Фраза «молоко гниющего разложения» интерпретируется как аллегория радиоактивного распада — процесса, высвобождающего энергию.

«Тексты пирамид» дополняют картину: «Осирис получил молочную жидкость из грудей Исиды; он получил истечение от холодного питья; истечение разложения; холодное питьё — твоё, истечение — твоё, силы заключены в нём». Термины «холодное питьё» и «молочная жидкость» проводят параллель с необходимостью охлаждения в процессе обогащения урана, а «истечение» или «эффлювий» (efflux) — с газообразным промежуточным продуктом.

Важным аспектом является нумерологический код, встречающийся в «заклинаниях пищи»: порции магической субстанции подаются в пропорциях 2-3-5, иногда в обратном порядке. Исследователи предполагают, что это может быть отсылкой к изотопам урана (уран-238, уран-235) или к этапам некоего технологического цикла, смысл которого сегодня утерян.

Гипотеза сталкивается с очевидным и главным контраргументом: где материальные доказательства? Никаких следов ядерных реакторов или высокообогащённого урана в Древнем Египте не найдено. Сторонники идеи возражают, что речь может идти не о промышленном применении, а о сакральном, ритуальном использовании природных радиоактивных материалов (например, урановой смолки или определённых минералов) жрецами, которые эмпирически заметили их необычные свойства — свечение, тепло, влияние на органику. Ритуалы с «лепёшками» и «молоком» могли быть символическим воспроизведением легендарного «процесса», дарованного богами, знание о котором сохранялось в герметичных жреческих кругах в форме мифа.

В рамках этой концепции фигура Осириса, умирающего и воскресающего бога, приобретает новое измерение. Его расчленение и последующее восстановление Сетом и Исидой может трактоваться как аллегория процесса «расщепления» и «синтеза» материи, а полученное им «молоко бессмертия» — как метафора энергетического эликсира, получаемого из радиоактивного источника.

Таким образом, исследование предлагает взглянуть на древнеегипетские погребальные тексты не только как на собрание мистических заклинаний, но и как на потенциально зашифрованное техническое руководство или описание природного феномена, связанного с радиоактивностью. Эта гипотеза ставит под сомнение наше представление о линейном прогрессе технологий и заставляет задуматься о том, могли ли древние цивилизации оперировать концепциями, которые мы считаем исключительно современными, облекая их в одежды мифа и ритуала. Независимо от того, подтвердятся ли эти догажки, они открывают новое направление для междисциплинарного диалога между египтологией, историей науки и физикой, заставляя по-новому прочесть знакомые, казалось бы, тексты, в которых под описанием «жёлтых лепёшек шафрана» может скрываться одна из величайших тайн древнего мира.

«Проклятие фараонов»: радиоактивные тайны древнеегипетских гробниц и необычные смерти исследователей

История Древнего Египта полна загадок, но немногие из них вызывают такой устойчивый интерес и споры, как так называемое «проклятие фараонов». Популярная культура связывает его с открытием гробницы Тутанхамона в 1922 году и последовавшей скоропостижной смертью спонсора раскопок лорда Карнарвона. Однако новое исследование, основанное на анализе древних текстов, археологических данных и биографий египтологов, предлагает иную, материалистическую интерпретацию этого феномена. Согласно ему, «проклятие» может быть не мистическим предостережением, а следствием реальной, физической опасности — радиоактивного заражения, источник которого был скрыт в гробницах тысячи лет назад.

Современные смерти в зеркале древних предупреждений

Исследование началось с анализа причин смерти 505 полевых египтологов, археологов, иллюстраторов и торговцев древностями, активно работавших в Египте в период с 1800 по 2000 год. Результаты оказались тревожными. Среди этой группы была выявлена непропорционально высокая доля необычных, скоропостижных или плохо диагностированных смертей. Симптомы, часто упоминаемые в исторических отчетах, — внезапный коллапс, кровоизлияния, лихорадка, истощение, поражения кроветворной и пищеварительной систем, а также различные вторичные инфекции — удивительным образом напоминают клиническую картину лучевой болезни (острой радиационной синдром).

Список пострадавших включает многих первопроходцев египтологии:

• Жан-Франсуа Шампольон, расшифровавший иероглифы, умер в 41 год от «истощения и апоплексии» после месяцев работы в пирамидах Саккары. Пять его спутников также скончались рано и неожиданно.

• Джованни Бельцони, знаменитый «расхититель гробниц», умер в 45 лет от «дизентерии».

• Огюст Мариетт, основатель Египетского музея в Каире, умер в 59 лет от сильнейшего кровоизлияния.

• Говард Картер, открыватель гробницы Тутанхамона, умер в 65 лет от лимфомы Ходжкина (онкогематологическое заболевание).

• Лорд Карнарвон скончался в 56 лет от заражения крови и пневмонии через несколько недель после вскрытия гробницы.

• Уильям Мэтью Флиндерс Питри, отец научной археологии, и многие его сотрудники и иллюстраторы, проводившие долгие часы в гробницах, умерли относительно рано от различных «болезней» и «инсультов».

Общая статистика показывает, что уровень смертности от рака (включая гематологические виды) и номинальных сердечно-сосудистых катастроф среди этих исследователей был примерно в 10 раз выше, чем средний ожидаемый показатель для европейцев того времени. Это не может быть списано исключительно на тяжелые условия работы или тропические болезни.

Что предупреждала древняя надпись?

Ключ к разгадке лежит не в XX, а в III тысячелетии до нашей эры. Древнеегипетская гробница называлась «пер джет» (pr D'jt) — «дом миллионов лет» или «дом вечности». Некоторые из таких гробниц несли на себе зловещее предостережение, которое в переводе гласит: «Те, кто нарушит эту гробницу, встретят смерть от болезни, которую ни один врач не сможет диагностировать». Эта территория считалась священной и неприкосновенной (табу), а в более поздней арабской традиции руины назывались «Харам эль-Мастабат» — «запретная, неприкосновенная мастаба» из-за страха перед «илахат» (злыми духами).

Ученые начала XX века, включая Картера, скептически относились к «проклятию». Однако современные инструментальные измерения дают материальное объяснение этим страхам.

Радиационный фон: аномалия, а не норма

Несколько независимых исследований зафиксировали в подземных гробницах Саккары и Гизы аномально высокий уровень радиации, в частности, радиоактивного газа радона (Rn-222). Концентрации достигали от 1000 до 5000 Бк/м³, что в десятки раз превышает рекомендуемые ВОЗ безопасные уровни (100 Бк/м³) и существенно выше средних мировых фоновых значений для не-урановых шахт.

Радон является продуктом распада урана. Высокие и локально переменные концентрации этого газа указывают на наличие близлежащего источника радиоактивных материалов. Объяснение естественным фоном известняковой bedrock (материнской породы), в которой строились гробницы, не выдерживает критики: известняк, как и базальт, обладает крайне низкой естественной радиоактивностью. Выявленные уровни требуют иного источника.

«Желтые лепешки» Осириса: ядерная алхимия в религиозных текстах?

Самое спорное и интригующее звено гипотезы — попытка найти отсылки к источнику этой радиации в самих древнеегипетских верованиях. Исследование обращается к «Текстам пирамид» и «Текстам саркофагов» — древнейшим религиозно-магическим композициям, описывающим преображение и воскресение бога Осириса.

В этих текстах неоднократно упоминается магическая пища преображения — «тчефау» (tchefau). Она описывается как «легкая пища в виде лепешек и эля» или «хлеба и молока». Особое внимание уделяется «лепешкам шафрана» (желтым лепешкам), которые называются «Оком Гора». В «заклинаниях пищи» эта субстанция упоминается в порциях 2-3-5, иногда в обратном порядке.

Автор исследования проводит параллель с современным ядерным топливным циклом:

1. «Желтая лепешка» (yellowcake) — это концентрат закиси-окиси урана (U₃O₈), первичный продукт переработки урановой руды, имеющий характерный желтый цвет.

2. Для создания цепной реакции сырой yellowcake необходимо обогатить — повысить долю делящегося изотопа уран-235. Промежуточный продукт обогащения (гексафторид урана) при комнатной температуре представляет собой холодную молочную жидкость.

3. В «Текстах саркофагов» описывается процесс, удивительно напоминающий эту технологию: «Пища [желтая лепешка?] была очищена, и молоко было восстановлено на свой должный уровень». Осирис провозглашает: «Я — сын Богини Молока... Я сосал свою мать (для) молока гниющего разложения». Фраза «гниющее разложение» интерпретируется как аллегория радиоактивного распада.

4. Далее в текстах говорится о получении «эффлювия» или «истечения» (efflux) — невидимой силы, дарующей могущество и преображение. Это можно трактовать как иносказательное описание радиоактивного излучения.

Таким образом, согласно гипотезе, миф о преображении Осириса с помощью «магической пищи» может содержать в себе зашифрованное, переданное в религиозных терминах, описание процесса работы с радиоактивными материалами.

Мастаба: не гробница, а хранилище ядерных отходов?

Если технология существовала, то должны были существовать и отходы. Здесь исследователь предлагает радикально новый взгляд на предназначение ранних гробниц-мастаб (прямоугольных наземных сооружений).

Анализ структуры, расположения и содержимого мастаб времен Раннего и Древнего царств показывает удивительные особенности:

• Систематичность: Они строились по единому плану, правильными рядами, что больше похоже на инфраструктурный объект, чем на индивидуальные усыпальницы.

• Отсутствие погребений: Многие ранние мастабы, вскрытые археологами, не содержали никаких следов мумий или костей. Каменные саркофаги оказывались пустыми.

• Содержимое: Основным наполнением подземных камер были не ритуальные предметы, а тысячи каменных сосудов (из диорита, базальта, порфира), аккуратно сложенных для хранения. Анализ содержимого показал, что это была не пища или питье, а некая затвердевшая масса — «грязь, штукатурка, раствор или пепел».

• Инженерные особенности: Глубокий (до 30 м) вертикальный шахт, ведущий в смещенную подземную камеру, мог служить для изоляции и мониторинга. Наземная часть с системой вентиляции и «алтарем» могла использоваться для контроля за возможной утечкой излучения (например, с помощью птиц, чувствительных к радиации).

Исследователь предполагает, что пер джет изначально был не «домом вечности» для фараона, а «домом миллионов лет» для высокорадиоактивных отходов. Обнаруженные в гробницах сосуды могли содержать отвержденные радиоактивные материалы, а сама конструкция мастабы напоминает примитивное, но логичное хранилище для долгоживущих изотопов.

Великое «освежение»: экологическая катастрофа Древнего царства?

Гипотеза получает развитие в событиях III династии. Согласно ей, ранние, недостаточно защищенные хранилища в Абидосе со временем начали давать течь, приводя к радиоактивному заражению местности. Это могло вызвать то, что в текстах описано как «мор» или «чума»: всплеск онкологических заболеваний, вырождение и массовые смерти.

Фараон Джосер (ок. 2650 г. до н.э.) в рамках грандиозного проекта по «спасению страны» организовал масштабную операцию по реабилитации. Около 40 000 каменных сосудов с опасными отходами были извлечены из Абидоса и перезахоронены в новой, усовершенствованной и максимально защищенной системе — в многокилометровых подземных галереях под его Ступенчатой пирамидой в Саккаре. Сама пирамида с ее массивной надстройкой могла служить дополнительным барьером, а вся территория была обнесена высокой стеной, создавая запретную (харам) зону.

Эта операция вошла в историю как «Освежение богов», что в новом контексте можно понять как «рекультивация» или «перезахоронение опасных материалов».

Заключение: между мифом и физикой

Представленное исследование не дает ответов на ключевые вопросы: откуда у древних египтян могла появиться технология работы с обогащенным ураном? Кто были авторы этого знания? Автор сознательно оставляет эти вопросы за рамками работы, фокусируясь на выявлении цепочки материальных свидетельств.

Гипотеза о радиоактивном источнике «проклятия фараонов» бросает вызов традиционным представлениям. Она связывает воедино:

1. Аномальный радиационный фон в конкретных гробницах.

2. Статистику необычных смертей среди исследователей этих гробниц, соответствующую симптомам лучевой болезни.

3. Структурные особенности мастаб, напоминающие хранилища опасных материалов.

4. Текстуальные аллегории в погребальной литературе, которые можно интерпретировать как описание радиоактивных процессов.

5. Крупномасштабные исторические события (перезахоронение сосудов при Джосере), получающие новое логичное объяснение.

Эта работа указывает на наличие устойчивых аномалий, которые требуют серьезного междисциплинарного изучения с привлечением физиков, дозиметристов и археологов. Независимо от окончательных выводов, она предлагает взглянуть на древние тексты и артефакты не только через призму мифологии и религии, но и как на потенциальные носители информации о забытых или неправильно понятых технологических процессах, следы которых, возможно, до сих пор таятся в песках Египта, продолжая свое молчаливое и опасное воздействие.