Норма витамина B12 оказалась смертельной ловушкой для стареющего мозга

Ваш врач посмотрел на результат анализа. Цифра оказалась выше установленной планки. «Всё в порядке», — сказал он. Вы вздохнули с облегчением. И продолжили жить, не подозревая, что ваш мозг может думать иначе.

Исследование Калифорнийского университета в Сан-Франциско, опубликованное в журнале «Анналы неврологии», ставит под сомнение то, что десятилетиями считалось медицинской истиной. Норма витамина B12, которой доверяют врачи во всём мире, может быть недостаточной для защиты стареющего мозга. И разница между «нормально» и «оптимально» измеряется не в лабораторных единицах, а в миллиметрах разрушенного белого вещества и долях секунды замедленной реакции.

Исследование, которое не должны были проводить

Учёные набрали 231 добровольца. Средний возраст — 71 год. Ни у кого не было деменции или мягкого когнитивного снижения. Все были здоровы, активны, жили обычной жизнью. Средний уровень витамина B12 в их крови составлял 414,8 пикомоля на литр — почти в три раза выше минимальной нормы, принятой в Соединённых Штатах (148 пикомолей на литр). По всем стандартным клиническим показателям это была образцовая группа.

Затем исследователи присмотрелись внимательнее. И внутри этой «образцовой нормы» они нашли закономерность. Те, у кого уровень B12 был в нижней части нормального диапазона, уже демонстрировали измеримые признаки повреждения мозга и когнитивного замедления по сравнению с теми, у кого уровень был выше. Клинический порог дефицита не защищал их. Он просто не фиксировал проблему.

Анализ, который проверяет не то

Стандартный анализ крови на витамин B12 измеряет общий B12. И активную фракцию, и неактивную вместе. Но только активная фракция — так называемый холотранскобаламин — может использоваться клетками организма. Неактивная фракция, связанная с белком гаптокоррином, не доставляется к тканям, которые в ней нуждаются. Она просто циркулирует в крови, создавая видимость благополучия.

Старший автор исследования Ари Грин, глава отделения нейроиммунологии в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, подчёркивает: наиболее сильные эффекты наблюдались при измерении активной фракции B12, которая не входит в рутинную диагностику. Клинический порог дефицита был установлен на основе общего B12, а не активного. То есть решение врача — вмешаться или успокоить — принимается на основе показателя, который не отражает того, что мозг действительно получает.

Что увидели на сканерах

Команда учёных использовала три метода. Мультифокальное вызванное зрительное потенциал-тестирование — измерение скорости передачи сигналов в зрительной системе. Тесты на скорость обработки информации. И магнитно-резонансную томографию для изучения структурного состояния белого вещества мозга.

Даже в этой здоровой группе более низкие уровни активного B12 были связаны с замедленным мышлением, замедленной зрительной обработкой и более выраженными повреждениями белого вещества. Белое вещество — это сеть нервных волокон, позволяющая разным отделам мозга общаться друг с другом. Повреждение белого вещества создаёт коммуникационные пробки. Сначала это проявляется как замедление реакции. Потом — как лёгкие когнитивные нарушения. Потом — как деменция.

Связь между низким активным B12 и этими неврологическими признаками присутствовала у участников, уровень B12 которых считался нормальным по всем стандартным определениям. Исследователи не сравнивали больных со здоровыми. Они сравнивали градации внутри нормы.

Возраст как увеличительное стекло

Эффект усиливался с возрастом. Тот же самый уровень B12, который вызывает минимальные последствия у 65-летнего, у 75-летнего вызывает более значительные изменения. С возрастом толерантность мозга к питательной недостаточности сужается. Разрыв между «достаточно» и «недостаточно» уменьшается. И текущая клиническая система этого не учитывает.

Почему норма такая низкая

Существующая минимальная норма общего B12 была установлена для выявления мегалобластной анемии и тяжёлых неврологических симптомов — наиболее очевидных и драматических проявлений дефицита. Она не была разработана для выявления более тонкого, медленного неврологического ухудшения, которое теперь документирует исследование.

«Предыдущие исследования, определившие нормальные значения B12, могли упустить тонкие функциональные проявления высоких или низких уровней, которые могут влиять на людей, не вызывая явных симптомов», — говорит Грин. Порог был откалиброван для другого клинического вопроса, чем тот, который сейчас задаёт неврология. Он отвечает на вопрос: когда B12 достаточно низок, чтобы вызвать явную анемию? Он не отвечает на вопрос: когда B12 достаточно низок, чтобы вызвать измеримое когнитивное замедление и повреждение белого вещества при полном отсутствии симптомов, которые пациент мог бы заметить или о которых мог бы сообщить.

Практическое следствие: значительное число пожилых людей слышат от врачей, что их B12 в порядке, в то время как их мозг уже регистрирует недостаточность через замедленную передачу сигналов, сниженную скорость обработки информации и накапливающееся повреждение белого вещества. Разрыв между тем, что подтверждает анализ, и тем, что переживает мозг, может составлять годы.

Кто в группе риска

Всасывание B12 зависит от белка, называемого внутренним фактором, который вырабатывается слизистой оболочкой желудка. С возрастом выработка соляной кислоты и внутреннего фактора снижается. Всасывание B12 становится менее эффективным независимо от того, сколько витамина поступает с пищей. Дефицит B12 поражает около 6 процентов взрослых моложе 60 лет и примерно 20 процентов взрослых старше 60 лет. Но эти цифры основаны на пороге общего B12, который, согласно новому исследованию, установлен слишком низко. Доля пожилых людей с функционально недостаточным активным B12, вероятно, выше.

Три группы риска.

Первая: люди, принимающие метформин при диабете второго типа. Препарат со временем снижает всасывание B12. Вторая: веганы и вегетарианцы, у которых B12 поступает почти исключительно из обогащённых продуктов, а не из натуральных источников. Третья: люди старше 50 лет, принимающие ингибиторы протонной помпы при изжоге. Эти препараты снижают кислотность желудка, что ухудшает высвобождение B12 из пищи.

Что должно измениться

Исследователи из Калифорнийского университета в Сан-Франциско формулируют рекомендации прямо. «Пересмотр определения дефицита B12 с включением функциональных биомаркеров может привести к более раннему вмешательству и профилактике когнитивного снижения».

Они предлагают измерять активный B12 наряду с общим или вместо него. Это даст врачам более точную картину того, к чему мозг действительно имеет доступ. Они также рекомендуют врачам рассматривать добавки B12 у пожилых пациентов с неврологическими симптомами, даже когда общий уровень B12 выглядит нормальным. Потому что ярлык «норма» может маскировать функционально значимую недостаточность.

Соавтор исследования Александра Бодри-Ричардс говорит: «Более низкие уровни B12 могут влиять на когнитивные способности в большей степени, чем мы предполагали ранее, и могут затрагивать гораздо большую долю населения, чем мы осознаём».

Вопрос, который остаётся

Исследование не доказывает, что повышение B12 ниже нижней границы нормы обратит существующее когнитивное замедление или восстановит уже накопленное повреждение белого вещества. Этот вопрос требует долгосрочных исследований, которые ещё не проведены. Но оно доказывает другое: текущий порог, используемый для того, чтобы успокоить пациентов, — не тот порог, на котором мозг перестаёт страдать.

Для пожилых людей, которым сказали, что их B12 в порядке, выводы исследования — повод задать более конкретный вопрос. В порядке по какому показателю? И в порядке для чего? Для крови? Или для мозга? Ответы могут не совпадать. И цена несовпадения — не лабораторная цифра. Это белое вещество, которое истончается. И реакции, которые замедляются. Незаметно. Годами. Пока кто-нибудь не заметит. Или пока не станет слишком поздно.