«Этого не должно существовать»: находки в горах Монтаны переворачивают историю первых американцев

На высоте около 2900 метров в горах Биртут, недалеко от Йеллоустонского национального парка, археолог Скотт Дерсам стоит по колено в раскопе. Солнце садится, окрашивая горизонт в оранжевый. Он говорит быстро, почти без пауз, о том, что нашёл.

«Этот осадок не должен здесь встречаться, — говорит он. — Я не сказал бы, что это невозможно, но в стандартной палеоэкологии, среди экспертов по гляциологии, это просто не то, что должно существовать, учитывая экосистему, которая, как мы считаем, здесь была. Меня даже не обучали искать артефакты такого возраста в этих экосистемах, потому что их не должно было быть».

Дерсам — не обычный археолог. Ему 39 лет, он худой, с бородой. В прошлой жизни он держал магазин сэндвичей и хлеба в Бозмане, но устал от кухни. Отрастил дреды, а потом срезал их, вернулся в школу и получил докторскую степень в 2022 году. Вместе с женой Сари он основал некоммерческий Институт исследований альпийских экосистем. Они финансируют работу в основном за счёт институциональной поддержки и пожертвований, а также нескольких небольших грантов.

Институт изучает, почему люди вообще используют горы. Высокогорные экосистемы — относительно белое пятно на археологической карте. Археологические знания в основном развиваются там, где мы живём и строим, — на частных землях внизу, а не на общественных землях наверху.

«Мы знаем об археологии благодаря мостам, дорогам и застройке на федеральные деньги, — говорит Дерсам. — Но в горах мы почти не строим. Так что лишь горстка страстных археологов прокладывала путь в альпийских исследованиях».

Дерсам называет это «неявной предвзятостью»: «Нас там нет. Почему, чёрт возьми, они должны были быть там всё время?»

Что он нашёл

Летом 2022 года ливень на снег вызвал разрушительные наводнения по всему Большому Йеллоустону. На больших высотах сила талой воды взбаламутила и подняла осадок, погребённый тысячи лет. Дерсам вернулся в Биртут в августе того года. Места, где раньше он находил сотни осколков, внезапно дали тысячи. Артефакты поднимались из почвы там, где при предыдущих посещениях он видел только траву и камень.

«Всё просто взорвалось», — говорит он.

В ту поездку он нашёл два чётко идентифицируемых наконечника культуры Кловис и ещё несколько предметов, вероятно связанных с той эпохой. Один артефакт не означает обитания. Но здесь всё сразу не могло объясняться единичным случаем.

«Это первый раз, когда у нас не просто один или два наконечника Кловис. У нас полноценные стоянки, — говорит Дерсам. — Всё, кроме кухонной раковины».

Он даёт некоторым находкам игривые имена в честь персонажей «Властелина колец»: Древобород, Моргот, Эарендил, Галадриэль и Полосатый Глаз Саурона.

Теперь он пытается выяснить, как и почему эти люди могли оказаться здесь. Тесты показывают, что осадок, о котором он говорит, подвергался воздействию солнца от 17 000 до 22 000 лет назад — именно тогда, когда лёд должен был быть на максимальной глубине. Он считает, что наше понимание оледенения в регионе нарисовано слишком широкими мазками. Возможно, этот конкретный бассейн вообще не покрывался льдом во время оледенения Пайндейл. Возможно, в частях ледникового щита были узкие коридоры — пути для доисторической фауны с древними людьми следом.

Что это значит

Люди Кловис были первыми, кто оставил последовательный и широко распространённый след своего существования по всему континенту примерно 13 000 лет назад. Они специализировались на охоте на мамонтов и других крупных животных, которые, насколько мы знаем, бродили в основном на равнинах. Их каменные орудия известны пропорционально большим размером. Тысячи артефактов Кловис найдены по всей стране, но подавляющее большинство — на низких высотах.

До сих пор было мало свидетельств того, что они использовали горы. Но в Биртуте Дерсам нашёл полноценные стоянки на высоте, где, по прежним представлениям, люди Кловис не могли быть.

«Это больше, чем гаечный ключ в текущую парадигму, — говорит он. — Это полный удар в грудь».

Что нашли в последний день

В последний день экспедиции, когда я вернулся в лагерь после восьми миль поисков, Дерсам стоял у палатки-столовой с несколькими студентами. Они были возбуждены. Он вытащил телефон, чтобы показать видео, снятое ранее в тот день.

На видео он смахивает землю в небольшой яме. Он обнаружил часть того, что выглядело как древний очаг — тёмный углерод в почве, не похожий на лесной пожар. Кусок камня торчит наружу. Дерсам переключается с кисти на инструмент, похожий на стоматологический. За кадром хихикают.

«Мои нервы не выдерживают это дерьмо прямо сейчас», — говорит Дерсам на видео.

«О Боже, — отвечает Колин Кинг, магистрант Университета Вайоминга. — О мой Бог».

«Да, это основание Кловис, — говорит Дерсам. — В середине грёбаного очага».

Клодия Челия, докторант Университета Вайоминга, ахает и смеётся от неверия.

Смысл трудно понять неархеологам. Дерсам объясняет так: около 13 000 лет назад древний охотник, вероятно, закончил охоту. Успешную или нет, кусок камня, который он использовал, был отработан. Его бросили в огонь. В последовавшие тысячелетия погода отложила больше почвы поверх древнего сломанного камня. Контекст стоянки никогда не нарушался. Он оставался погребённым глубоко под поверхностью земли.

«Никогда не было найдено ничего подобного, — говорит Дерсам. — Все остальные наконечники Кловис, найденные на больших высотах, были разбросаны на поверхности земли. Это как получить удар молнии и выиграть в лотерею дважды в один день. Мы всю жизнь не найдём ничего подобного снова, никогда».

«Разве ты уже не говорил это о других стоянках?» — спрашиваю я.

«О, несколько раз, — отвечает он. — Но это выше того. Мы исследуем эту стоянку четыре года, пытаясь найти хоть что-то близкое по потенциалу. Наличие этого неповреждённого компонента изменит последние 60 лет высокогорных исследований в Северной Америке. Перевернёт их с ног на голову».

Горы как дом

Дерсам считает, что горы всегда были источником не только убежища, но и безопасности для людей, потому что мы способны выживать наверху. Это область плотности ресурсов.

Во времена Кловис, предполагает он, тающие ледники и окружающая мерзлота могли давать возможность хранить мясо. Мегафауна вроде мамонтов могла подниматься наверх, следуя за «зелёной волной» флоры по мере наступления весны и лета, — так же, как сегодня делают бизоны в районе Йеллоустона. Люди, вероятно, следовали за ними.

«Люди были одним из главных ключевых видов в любой экосистеме Северной Америки более 13 000 лет, — говорит он. — Эти экосистемы всегда были частью нашего поведения. Мы здесь очень давно и были активным аспектом поддержания здоровья этих экосистем».

Идти в горы, говорит Дерсам, ощущается как возвращение домой. Потому что они всегда были домом. Он не согласен с идеей дикой природы, как её понимает закон: ландшафт, «где сам человек — посетитель, который не остаётся».

«Мы всегда любили эту идею исследовательской, внекартной, terra incognita, неизвестного ландшафта, — говорит Дерсам. — Это всё чушь».

Шейн Дойл, член племени Кроу и учёный, участвовавший в перезахоронении ребёнка Кловис в 2014 году, и Дин Николай, член Конфедерации племён Салиш и Кутенай, разделяют это чувство: люди были везде, всегда, заботились о ландшафте и поддерживали его.

Что дальше

Настоящие результаты исследований Дерсама зависят от длительных лабораторных тестов, рецензирования и публикаций. Он надеется подать свои находки в ближайшие месяцы.

«Как долго вы планируете вести исследования здесь?» — спрашиваю я Дерсама.

«До конца жизни, — отвечает он. — В Биртуте, вероятно, работы на 30 жизней. И это только один горный хребет. В действительности мы абсолютно ничего не знаем об этих экосистемах».