"Первая смерть" приближается: цифровая среда разрушает человеческую память и мышление

Человеческая память — не видеокамера. Она не записывает реальность. Вместо этого мозг непрерывно выполняет сложную работу по определению источника каждого ментального переживания. Был ли этот образ из внешнего мира — тем, что действительно случилось? Или он родился внутри сознания — плод воображения, сон, увиденный вчера ночью, или история, рассказанная экраном смартфона? Этот процесс называется мониторингом источников. И он находится под угрозой.

Идеальный механизм для разрушения

Социальные сети, искусственный интеллект и современный интернет оказались идеальной машиной для того, чтобы этот механизм дал сбой. Их главное оружие — неопределённость. Пользователь постоянно получает информацию неполную, не до конца ясную, оставляющую вопросы. Мозг попадает в ловушку циклического мышления — возвращения к одному и тому же неразрешённому вопросу снова и снова.

К этому добавляется эффект размытых критериев. Человек находится в состоянии стресса. Он отвлекается постоянно. Его мозг устаёт и становится ленивым. Вместо того чтобы использовать систематическое критическое мышление для проверки информации на достоверность, сознание переключается на быстрые, интуитивные оценки. Это не привычка, которую можно исправить усилием воли. Это рефлекс.

Размывание границ

Следующий удар наносит так называемое «размывание». Потоки ложной информации и вымышленного контента поступают в когнитивные схемы человека со скоростью, которую он не в состоянии обработать. Границы между вымыслом и фактом начинают стираться. Человек перестаёт понимать, что было на самом деле, а что он увидел в кино, прочитал в комментариях или сгенерировал искусственный интеллект.

Но проблема не только в том, что мы запоминаем не то, что нужно. Проблема в том, что мы перестаём думать так, как думали раньше.

Сжимающийся словарь и атрофия мышления

С каждым годом люди всё больше полагаются на большие языковые модели и алгоритмическую курацию контента. Они перестают выполнять когнитивные операции, которые когда-то были естественной частью мышления: организовывать информацию, углубляться в неё, извлекать из памяти, передавать дальше. Эти задачи теперь решаются автоматически — чужим интеллектом, искусственным или корпоративным.

Но когда человек перестаёт делать работу мышления, нейронные пути, отвечающие за эти операции, ослабевают. Атрофируются, как мышцы, которые не получают нагрузки. Словарный запас сокращается. Способность к сложным рассуждениям сужается.

Принцип «мусор на входе — мусор на выходе» работает не только для искусственного интеллекта. Он работает и для человеческого мозга.

Самая большая конспирология

Это — самый грандиозный заговор из всех возможных. Потому что он не требует тайных обществ, засекреченных документов или всемирных правительственных сговоров. Достаточно того, что миллиарды людей каждый день получают информацию из одних и тех же источников, обработанную одними и теми же алгоритмами.

Если бы каждый человек был самостоятельной мыслящей единицей, на любую проблему существовали бы тысячи вариантов решений. Когда проблему решает коллективный разум — или то, что выдаёт себя за него, — рождается только один ответ.

Универсум 25: предупреждение из прошлого

В 1973 году учёный Джон Кэлхун опубликовал исследование, которое называлось «Смерть в квадрате: взрывной рост и гибель мышиной популяции». Он создал идеальную среду для мышей — без хищников, с неограниченным количеством еды и воды. Всё, что нужно для процветания. Но популяция вымерла. Мыши перестали спариваться. Они ухаживали только за собой. Они собирались в группы и бессмысленно конфликтовали. Кэлхун назвал это состояние «поведенческой раковиной».

Сейчас люди начинают вести себя так же. Они остаются в своих клетках — в комнатах, в квартирах, перед экранами. Они ухаживают за собой с маниакальной тщательностью. Они меньше интересуются сексом. Они больше конфликтуют. Всё это — строки из того же сценария.

Первая смерть

Исследователи называют приближающийся порог «первой смертью». Это момент, когда человек утрачивает способность отличать свои собственные воспоминания от навязанных извне. Когда он перестаёт быть автономной мыслящей единицей и превращается в узел в сети, которая думает за него.

Это происходит не с громким хлопком. Не с драматическим коллапсом. Это тихий, незаметный процесс, который уже идёт. И единственное лекарство от него — намеренное отключение. Отключение от потока. Отключение от алгоритмов. Отключение от чужого мышления, которое вытесняет своё собственное.

Что делать?

Не существует приложения, которое исправит эту проблему. Не существует гаджета, который восстановит нейронные пути. Технология не спасёт от того, что технология же и разрушила.

Нужно читать стихи. Нужно читать книги, которые требуют усилия. Нужно разговаривать с людьми, а не с экранами. Нужно скучать. Нужно оставаться наедине с собственными мыслями — даже если поначалу там пустота. Потому что пустота — это не смерть. Смерть — это когда чужие мысли заполняют всё пространство, а своих уже не осталось.

Вопрос в том, заметит ли человек момент, когда он перестал быть собой. Или «первая смерть» наступит незаметно, как и всё остальное в этой тихой, незаметной, но необратимой катастрофе человеческого познания.