Говорящий мангуст с острова Мэн: тайна 1930-х, которая до сих пор не разгадана

В начале 1930-х годов, когда Европа приходила в себя после экономического кризиса и чувствовала приближение новой войны, на отдалённой ферме на острове Мэн разворачивалась история, которую исследователи паранормального помнят до сих пор. Семья Ирвинг утверждала, что их дом населяет не привидение, а разговорчивый, многоязычный мангуст, который называл себя Геф (произносится как «Джефф»).

Геф, по словам семьи, был восьмидесятилетним мангустом, родившимся в Нью-Дели в 1852 году. Он говорил высоким голосом, знал несколько языков, любил петь, сплетничать и играть с семьёй озорные шутки. Он охотился на кроликов для Ирвингов, рассказывал им легенды и сказки и делал загадочные заявления: «Я расщеплю атом! Я пятое измерение! Я восьмое чуда света!» — якобы сказал он однажды.

Слухи о «говорящем мангусте» привлекли внимание журналистов, а затем и известных исследователей паранормального. Гарри Прайс, известный разоблачением мистификаций, и парапсихолог Нандор Фодор посещали отдалённую ферму, чтобы раскрыть правду. Но Геф, который охотно общался с семьёй Ирвинг, отказывался выступать в их присутствии. Он оставался «невидимым», когда поблизости были посторонние.

В надежде предоставить доказательства семья отправила образцы шерсти, зубов и когтей предполагаемого мангуста. Позже выяснилось, что они принадлежали их собственной собаке по кличке Мона. Это открытие дало повод скептикам, но Ирвинги не отступили. «Геф, к сожалению, существует, — заявил Джеймс Ирвинг в 1936 году. — Это крест, который мы должны нести».

Дело осложнялось тем, что Ирвинги ничего не выигрывали от этой истории. Они не получили денег, их ферма обесценилась, а жизнь семьи стала только труднее из-за пристального внимания прессы и толп любопытных. Тем не менее, они никогда не признавались в мистификации.

Фодор, который в итоге пришёл к выводу, что Геф был проекцией подсознания самого Джеймса Ирвинга, тем не менее, признался, что эта история «не вписывается ни в одну категорию привидений или существ животного мира». Он даже написал мангусту прощальное письмо, выразив разочарование тем, что они так и не поговорили, и оставив ему шоколад и печенье.

$IMAGE6$

Дочь семьи, Войррей Ирвинг, которая, по мнению некоторых, могла быть чревовещателем, стоящим за голосом Гефа, до самой смерти в 2005 году не отреклась от своих слов. Она умерла, так и не признавшись в обмане, если он был.

Постепенно Геф замолчал. Джеймс Ирвинг заболел, Войррей выросла и покинула дом. Ферму в итоге снесли. Но вопрос остаётся. Если это была сложная и длительная мистификация, почему семья никогда не получила от неё выгоды и почему Войррей унесла эту тайну в могилу? И есть ли место в современном мире для «высокой странности» — явлений, которые не вписываются ни в какие привычные категории и остаются неразгаданными десятилетиями? Возможно, ответ навсегда погребён под руинами старой фермы Дуарлиш-Кашен.