Каллории на упаковке не отражают реальную энергетическую ценность пищи из-за работы кишечных бактерий

Авторы создали модель DAMM, которая учитывает не только переваривание пищи организмом, но и работу кишечной микробиоты. В отличие от традиционного метода подсчёта калорий (системы Атвотера), используемого более ста лет, новая система анализирует, какую часть питательных веществ усваивает человек напрямую, а какую перерабатывают бактерии кишечника.

Исследование показало: микробы в толстой кишке способны существенно влиять на энергетический баланс. Расщепляя клетчатку и другие трудноперевариваемые вещества, они вырабатывают короткоцепочечные жирные кислоты, которые затем всасываются в кровь и становятся дополнительным источником энергии. По расчётам учёных, этот механизм обеспечивает в среднем около 140 килокалорий в сутки — примерно 7,4 процента всей энергии, получаемой организмом. Это не маржинальная цифра, а существенная добавка, которая может влиять на вес, особенно в долгосрочной перспективе.

Модель протестировали на данных клинического исследования. Участники придерживались двух разных рационов. Один был богат клетчаткой, резистентным крахмалом и цельными продуктами. Другой соответствовал типичной западной диете с большим количеством переработанной пищи и низким содержанием клетчатки.

Оказалось: люди на западной диете усваивали примерно на 116 килокалорий в день больше, чем участники, питавшиеся продуктами с высоким содержанием клетчатки. При этом последние не сообщали об усилении чувства голода. То есть, съедая одинаковое по калорийности количество пищи (согласно упаковке), одна группа получала больше энергии, чем другая. Разница в 116 килокалорий в день — это около 5 килограммов веса в год при прочих равных условиях.

По словам авторов, результаты помогают объяснить, почему одинаковая по калорийности пища может по-разному влиять на массу тела и обмен веществ у разных людей. Дело не только в «силе воли» или «скорости метаболизма». Дело в том, кто живёт в кишечнике человека. У разных людей — разный состав микробиоты, и, следовательно, разная способность извлекать энергию из одной и той же пищи.

Исследователи считают: учёт работы кишечной микробиоты позволит точнее оценивать энергетическую ценность рациона и лучше понимать механизмы развития ожирения, диабета и других метаболических нарушений. Возможно, будущие диетологические рекомендации будут не универсальными («всем есть по 2000 ккал»), а персонализированными — с учётом состава микробиоты конкретного человека.

Вопрос остаётся открытым. Если фактическое количество калорий, получаемых из пищи, зависит от состава кишечной микробиоты, который у всех разный, — то насколько бессмысленны универсальные калорийные таблицы на упаковках? Цифра на пачке не врёт — она показывает энергию, которая выделяется при сжигании продукта в калориметре. Но организм человека — не калориметр. И то, сколько энергии реально достанется человеку, зависит от миллиардов бактерий в его кишечнике. Почему же диетологи и производители продуктов до сих пор полагаются на систему Атвотера, созданную в XIX веке и не учитывающую микробиоту? И когда появятся «умные» этикетки, которые будут показывать не абстрактные калории, а прогнозируемое усвоение с учётом типа кишечной микробиоты потребителя?