Религиозные лидеры заявили, что вера не рухнет после раскрытия тайны инопланетян

Режиссёр Стивен Спилберг возвращается к теме, которая помогла ему стать одним из самых успешных постановщиков в мире — к внеземному разуму. Его новый фильм «День раскрытия» также фокусируется на втором предмете, который давно занимает Спилберга и других режиссёров-фантастов: на вере. Это история о вере во что-то — будь то религиозная доктрина или информация, полученная от неопознанных летающих объектов, — и о напряжении, которое может возникнуть между разными видами пророчеств.

«Фильм показывает позицию верующих, или любопытных, тех, на кого это явление глубоко повлияло, — сказал Спилберг в интервью. — А также фильм показывает позицию церкви. Что это делает с фундаментальными верованиями многих из нас? Является ли Бог нашим Богом только на этой планете? Или Бог — это Бог для каждой системы, где есть цивилизация и разумная жизнь?»

Он не единственный, кто проводит эту связь. Фильм выходит в то время, когда коллективная одержимость человечества пришельцами достигла предела. Администрация Трампа устроила большое шоу, рассекретив множество правительственных файлов, связанных с феноменом неопознанных летающих объектов. Даже члены Конгресса намекают на секреты, способные изменить реальность, и говорят о возможных связях с библейскими историями.

Как мировые религии на самом деле относятся к внеземной жизни

В «Дне раскрытия» глава далеко идущего заговора по контролю над нарративом о пришельцах предупреждает о мировом коллапсе порядка, если правда будет раскрыта. Но персонаж, человек верующий, также боится раскрытия: она утверждает, что люди «перестанут верить в Бога», если им представят доказательства существования высших существ в космосе, которые будут конкурировать с высшими существами, вызываемыми религией. «Люди не выдержат и того, и другого», — предупреждает она.

Спилберг — не единственный режиссёр, размышляющий о том, как верующие могут отреагировать на откровение о внеземной жизни. Однако в реальности религиозные лидеры звучат гораздо спокойнее. Ватикан признал возможность существования жизни в других частях вселенной и подтвердил её согласованность с католическим богословием. Еврейские раввины размышляли о внеземных цивилизациях и пришли к тому же выводу, как и мусульманские учёные, которые видят текстуальные доказательства того, что жизнь может существовать в бескрайних просторах космоса. Буддисты верят, что их священные традиции предполагают: жизнь на Земле — часть гораздо большего космического сообщества.

С другой стороны, это теологи — обученные учёные. А что бы сделали обычные верующие, если бы мы нашли неоспоримые доказательства того, что мы не одиноки? Тед Питерс, выдающийся исследовательский профессор систематического богословия и этики, один из ведущих учёных по религиозному отношению к возможности внеземной жизни, задал этот большой вопрос. Он провёл опрос на эту тему в 2008 году, спросив более тысячи трёхсот человек разных религий о том, как бы они отреагировали на раскрытие существования внеземного разума. Когда их спросили, испытали бы они кризис веры, более восьмидесяти процентов представителей разных конфессий — католиков, протестантов, иудеев, мусульман, буддистов и даже нерелигиозных — ответили, что нет.

Независимо от их системы верований, послание было единым. «Слово Божье было написано для нас на Земле, чтобы открыть Творца», — сказал один евангельский христианин. «Почему мы должны отвергать идею о том, что Бог мог создать другие цивилизации, чтобы они приносили Ему славу так же, как и мы?» Или, как выразился один последователь ислама: «Только высокомерие и гордость заставили бы кого-то думать, что Аллах создал эту огромную вселенную только для того, чтобы мы могли наблюдать за ней».

Что наша одержимость неопознанными летающими объектами говорит о нас

С самого начала в одержимости пришельцами были религиозные коннотации. Даже когда многие энтузиасты уфологического бума 1950-х и 1960-х годов сосредоточились на сугубо технических объяснениях того, чем могут быть эти летающие аппараты, оккультное теософское движение пыталось вписать их в более явно духовную космологию.

Профессор религиоведения и автор книги «Американский космос» Ди Уолш Пасулка утверждала, что уфология (изучение неопознанных летающих объектов) выполняет многие из тех же функций, что и традиционные веры. Она организует сообщества верующих, создаёт нарративы откровения, предлагает космологический смысл и устанавливает интерпретационные рамки, через которые люди понимают загадочные переживания и место человечества во вселенной.

Конкретная привлекательность веры в пришельцев, согласно этой версии, заключается в том, что это ответ на научные прорывы двадцатого века. За последние сто лет человечество обрело способность уничтожить себя — будь то атомная бомба или экологическая катастрофа. Тогда как раньше мы взирали на богов на небесах в поисках избавления от зла, наблюдатели за неопознанными летающими объектами смотрят на более развитую разумную жизнь из звёзд, которая спасёт нас от самих себя.

Питерс, теолог, объяснил это так: у нас есть огромное напряжение — как мы можем контролировать науку, чтобы она творила добро, а не зло? Так развивается миф, и миф заключается в том, что эти внеземные существа более высоко эволюционировали, чем мы. Они гораздо более продвинуты в технологиях. И даже Карл Саган, атеист, сказал, что они более моральны, чем мы, потому что они изобрели ядерное оружие и не убили себя. Следовательно, они знают, как жить в мире с этой наукой.

Эти экзистенциальные страхи остаются сильными, и к ним присоединяются новые; искусственный интеллект обещает ещё одно средство, с помощью которого человечество может приблизить своё собственное вымирание. Как выразился раввин Фримен, он каждый день взаимодействует с «чужим интеллектом», который, кажется, бросает вызов нашему представлению о том, что значит быть разумным существом.

Поиск великого нарратива

Мы живём в мире, который чувствует себя в опасности, и люди жаждут более грандиозного повествования, чтобы осмыслить его. Это важная рамка, с помощью которой можно понять, что происходит в мире сейчас, — от политического движения президента Трампа до широкого интереса к раскрытию информации о неопознанных летающих объектах.

В своей книге «Век дискомфорта» бывший аналитик Центрального разведывательного управления Мартин Гурри писал о том, как люди, кажется, жаждут чего-то более мистического и мифического после технократии. Жить в шестидесятых, было то чувство мистицизма, связи с чем-то выходящим за пределы повседневной жизни, ощущение, что должно быть что-то большее, чем это. Сейчас существует огромный голод по этому чувству. Его невозможно измерить эмпирически, но он существует.

Это явление созвучно нашему времени, в котором так много людей ищут что-то большее, частью чего они могли бы стать. Космос, неопознанные летающие объекты и вера во внеземную жизнь предлагают людям связь с тем же видом великого нарратива, который мог бы сделать более приемлемыми сложности и кризисы современной жизни.

«Высота, расстояние, бесконечность. Это безумные переживания, которые пробуждают в нас чувство священного», — сказал Питерс. «У космоса есть религиозный оттенок». Религия долгое время обещала помочь людям осмыслить мир, его многочисленные противоречия и опасности — и предложить путь к спасению. Уфологический нарратив делал то же самое в последние годы. Истина может быть непознаваемой, но нам нужна какая-то вера, чтобы оставаться на плаву в мире, охваченном кризисом.