Профессор из США: некоторые «пришельцы» из рассказов очевидцев подозрительно похожи на демонов из старинных текстов

В рассказах о встречах с неопознанными объектами и их обитателями есть категория, которая выбивается из привычного ряда. Это не короткая вспышка в ночном небе и не размытый силуэт на фотографии. Это свидетельства, в которых фигура, названная пришельцем, читает мысли, говорит без движения губ и знает любой язык — а после её появления в доме начинают летать предметы, раздаются стуки в стены и происходят прочие странности. Именно на такие эпизоды обратила внимание Диана Пасулка, профессор кафедры философии и религии Университета Северной Каролины в Уилмингтоне.

Пасулка много лет изучает религию, технологии и современную культуру, включая интервью с людьми, которые сообщают о встречах с предполагаемыми пришельцами или неопознанными аппаратами. Она подчёркивает: сходство этих рассказов с описаниями из древних религиозных и духовных текстов само по себе не доказывает, что пришельцы — это демоны. Но совпадение настолько выразительное, что заслуживает отдельного разговора.

Выступая в подкасте, посвящённом теме неопознанных объектов, Пасулка описала группу свидетельств, где очевидцы рассказывают о сущности, которая как будто обходит обычную речь стороной. По её словам, люди сообщают о «сущности, которая, кажется, знает твои мысли, может говорить на любом языке и может общаться с тобой, не двигая ртом». Свидетели описывают это как телепатическое общение — голос, воспринимаемый «в голове», но приписываемый внешнему присутствию.

Сами по себе такие детали могут звучать как стандартный набор историй о пришельцах. Интерес Пасулки в другом: насколько близко эти рассказы напоминают описания, встречающиеся в исторических свидетельствах о духовном и религиозном опыте. Она также обратила внимание на рассказы о физических нарушениях, которые свидетели связывают с предполагаемыми событиями вокруг неопознанных объектов. В подкасте она упомянула, что некоторые люди описывают «активность в духе полтергейста» — летающие по комнате предметы, пугающие стуки в стены и тому подобное.

Подобные сообщения напоминают явления, которые традиционно связывают с полтергейстом и другими предполагаемыми нарушениями покоя, а не с чистыми металлическими аппаратами из научно-фантастических фильмов. Пасулка ясно дала понять, что не утверждает, будто все неопознанные объекты или все предполагаемые сущности являются демоническими. Она рассматривает конкретный сгусток интенсивных, часто приватных переживаний, которые разделяют характеристики со старинными описаниями демонической или духовной активности. Вопрос, по её мнению, в том, почему детали совпадают так аккуратно, а не в том, доказывает ли это автоматически демоническую причину.

Мысль о том, что пришельцев можно понимать как тёмных духовных существ, не нова для мира неопознанных объектов. Задолго до современных обсуждений в сети религиозные и оккультные мыслители уже пытались осмыслить летающие тарелки. Оккультистка Марджори Кэмерон связала сообщения о волне неопознанных объектов над Вашингтоном в 1952 году со смертью своего мужа, инженера-ракетчика Джека Парсонса, который вращался в кругу британского оккультиста Алистера Кроули. Кэмерон истолковала странные огни как часть более широкой духовной драмы, а не как техническую миссию гостей с других планет.

Евангелист середины двадцатого века Уолтер Винсон Грант-старший пошёл ещё дальше. В своей брошюре 1954 года «Люди в летающих тарелках: разгадка» он утверждал, что существа, связанные с летающими тарелками, — это злые духи, а не посетители с других планет. Американский православный монах Серафим Роуз, писавший с традиционной христианской точки зрения, придерживался похожей линии. В своей книге 1975 года «Православие и религия будущего» он предположил, что феномен неопознанных объектов может представлять собой демонический обман, и предостерегал против отношения к предполагаемым встречам как к благотворному контакту с высшими разумами. Известный британский исследователь таинственных воздушных явлений Гордон Крейтон также склонялся к сверхъестественному толкованию. Он доказывал, что многих так называемых пришельцев лучше понимать через духовную или религиозную рамку, чем через чисто техническую.

Для сторонников такого взгляда разговоры о пришельцах часто скрывают гораздо более старый спор об ангелах, демонах и природе духовного опыта. Работа Пасулки располагается между этими аргументами. Она академический исследователь религии, а не экзорцист, и она также изучала свидетельства очевидцев и материалы, касающиеся предполагаемых встреч с неопознанными объектами и аномальными явлениями. Она отмечает: что бы в конечном счёте ни происходило, люди, у которых она берёт интервью, переживают эти события как реальные. Они описывают движущиеся объекты, ускользающее время и реакции тела, которые не могут легко объяснить. В своих работах и публичных высказываниях она отмечает сходство между некоторыми из этих рассказов и историческими описаниями призраков и демонических явлений.

Сообщения об этих переживаниях остаются спорными и не были установлены как доказательство демонических или внеземных сущностей. Они допускают конкурирующие толкования — от психологических или перцептивных объяснений до утверждений о неизвестных физических или духовных факторах. Независимая проверка описанного опыта и предполагаемых объяснений не проводилась. Комментарии Пасулки сосредоточены на сходстве между рассказами о некоторых встречах с неопознанными объектами и историческими описаниями духовных или демонических явлений, и она прямо сказала, что эти параллели не доказывают, что сущности являются демонами.

Сейчас её, по-видимому, меньше интересует, как рассказать людям, чем на самом деле являются пришельцы, и больше — почему некоторые современные истории о встречах звучат так похоже на старые религиозные сюжеты. Когда сообщение включает кажущуюся телепатию, общение без видимой речи и предполагаемые физические нарушения, она утверждает, что может быть полезнее сравнить его с веками духовных повествований, чем аккуратно подшить в папку «контакт с пришельцами» и двигаться дальше.