В Атлантике до сих пор не было ни одного урагана: такого не случалось с 1941 года

На прошлой неделе сезон атлантических ураганов прошёл через свой традиционный пик — примерно десятое сентября — без единой тропической волны на горизонте, не говоря уже о шторме или урагане. Это поразительно. Обычно именно в это время года температура поверхности моря в тропиках достигает самого тёплого уровня, и при благоприятной атмосфере для тропических систем должны быть идеальные условия. Но в этом году основной регион, где развивается большинство тропических систем, забит сахарской пылью и сдвигом ветра.

Никто не жалуется. Ураганы, выходящие на сушу, невероятно разрушительны для прибрежных районов и могут принести значительные осадки вглубь материка. Даже штормы в море, в Мексиканском заливе, могут отправить цены на энергоносители в стратосферу — последнее, что нужно в этом году.

Этого никогда не случалось

Тем не менее тишина историческая. Начиная с 1944 года Соединённые Штаты начали отслеживать Атлантический бассейн, включающий Мексиканский залив, Карибское море и северную часть Атлантического океана, с помощью самолётов для обнаружения ураганов. Начиная с 1944 года ураган формировался каждый год к одиннадцатому сентября. Самые поздние «первые» атлантические ураганы пришлись на 2002 год, с Густавом, и на 2013 год, с Умберто в этот день.

Официальные записи об атлантических ураганах восходят к 1851 году, хотя более старые записи менее надёжны, поскольку наблюдения за штормами, развивающимися в море, зависели от сообщений торговых судов. Так что некоторые штормы были пропущены. Если мы продлим записи об ураганах вплоть до 1851 года, каждый год всё ещё фиксирует как минимум один атлантический ураган. Но в 1941 году первый ураган не сформировался до семнадцатого сентября. Это дата самого позднего первого атлантического урагана в истории наблюдений.

Я здесь, чтобы сказать вам, что Атлантика не произведёт ураган к концу четверга. Национальный центр ураганов в настоящее время отслеживает единственное возмущение в Атлантике, но даёт этой системе «почти нулевой» процент вероятности стать тропической депрессией или штормом в течение следующих двух дней. Вероятность того, что она когда-либо станет ураганом, низка.

Атлантический сезон всё ещё имеет некоторый запас — он часто производит ураганы в октябре и официально длится до конца ноября, — так что пока слишком рано предсказывать возможность атлантического сезона без ураганов. Но шансы растут, и это было бы историческим событием.

По другим меркам этот сезон также необычайно тихий. Обычная метрика, используемая для оценки общей активности в течение сезона, — «накопленная энергия циклонов». Для данных, восходящих к 1950 году, накопленная энергия циклонов этого года занимает семьдесят седьмое место из семидесяти семи лет, со значением всего семь процентов от нормального уровня, накопленным пятью относительно слабыми тропическими штормами.

Принимайте хорошее с плохим

Так что же там происходит? Короткий ответ: усиливающийся Эль-Ниньо (климатическое явление, связанное с аномальным нагреванием поверхностных вод в центральной и восточной частях Тихого океана) в Тихом океане положил конец основному региону развития Атлантики в этом году. Аномалия Эль-Ниньо этим летом, почти на три градуса выше базовой линии в Тихом океане, сильнее любой, наблюдавшейся в это время года в современной записи. Это обычно создаёт враждебные уровни сдвига ветра над Атлантикой, и это было измерено в этом году.

Это явно приносит некоторую пользу в тропической Атлантике в виде меньшего числа тропических систем в этом году. Но в целом Эль-Ниньо, вероятно, будет гораздо более разрушительным, чем полезным, когда достигнет пика этой осенью и зимой, с уменьшенными дождями, уже влияющими на путешествия через Панамский канал и, возможно, ведущими к плохим урожаям риса в Азии и голоду в других местах.

И затем есть влияние Эль-Ниньо на глобальные температуры, которое часто отстаёт от явления на несколько месяцев. Это настроит пиковый нагрев на следующее лето. Почти наверняка 2027 год станет самым жарким годом на планете за всю историю наблюдений, и лето в Северном полушарии, вероятно, будет жестоким для больших частей планеты.