О левом и правом полушарии мозга

В последние годы появилось много работ, раскрывающих мощные зависимости, существующие между мозгом и имунно-генетической системой. Одним из первых на эту связь обратил внимание индийский ученый С. Манчанда. Не столь давно Санктпитербургские экспериментаторы доказали; в развитии приспособительных реакций особо важную роль играет одна из структур мозга — гипоталамус. По их мнению, много сотен, а пожалуй, и тысяч лет назад мозг человека был уже готов к восприятию достижений современной научно-технической революции. Общество к этому еще не было готово, а человек с его психическими возможностями — был. Но мы и сегодня попрежнему используем лишь малую толику возможностей, заложенных природой в этом уникальнейшем ее творении.

Несмотря на небольшие размеры мозг взрослого человека весит немногим более килограмма), этот властелин организма, его генеральный штаб состоит из миллиардов нервных клеток — нейронов, соединяющихся друг с другом через области контактов — синапсы. Каждая из клеток связана не только с близлежащей, но и со многими другими. Самая же удивительная особенность мозга — взаимовыручка многочисленных его зон. При этом происходит как бы минимализация, сокращение территории, занятой выполнением той или иной деятельности, а освобожденные участки могут в то же время выполнять какую-то другую работу. Создается странное впечатление, замечат академик Н. П. Бехтерева, как будто каждая зона знает все о десятках тысяч точек, участвующих в психической деятельности, а им, в свою очередь, все известно о ней. единственной. Тут, несомненно, кроются огромные потенциальные возможности для развития психической деятельности человека, пишет taynymozga.ru

Все это побуждает активнее искать способы как-то воздействовать на те генетические программы, которые еще не используются организмом. На те программы, которые хранятся подобно тому, как в патентных бюро конструкторских организаций хранятся заготовки идей будущих проектов. Огромный и пока малоиспользуемый потенциал таится, в частности, в полушарной асимметрии головного мозга.

Относительно быстро науке удалось установить, что правое полушарие управляет левой половиной тела, а левое — правой. Со временем клиницисты заметили, что у больных, у которых поражено правое полушарие, возникает ряд странностей. Например, одни, отчетливо представляя себе процедуру одевания, не в состоянии самостоятельно одеваться; другие легко узнают предметы, но не могут различать лица людей, даже хорошо им знакомых. Третьи оставляют без внимания все, что происходит слева от них, даже не слышат, если к ним обращаются с этой стороны. Оставалось, однако, неясным, каков вклад каждого полушария в общую работу мозга. Выяснил это профессор Калифорнийского технологического института нейрофизиолог Роджер Сперри, в 1981 году за это ему была присуждена Нобелевская премия. Левое полушарие ведает речью, письмом, счетом, памятью на слова, логическими рассуждениями; правое воспринимает пространственные отношения, обладает музыкальным слухом, опознает целое по части, оно исключительно конкретно и действует только в реальном времени.

В двух придуманных им диалогах журналист К. Левитин ярко обрисовал разность видения мира «левополушарным» и «правополушарным» человеком. Вот выдержки из диалогов.

О левом: …Уж очень он любил поговорить! Хлебом не корми. Начнет— не остановится. Шепотом ему скажешь — расслышит. И притом — глух. как тетеря. Дождь идет, вода плещется, собака лает, часы бьют — для него это асе одно. Плач, смех, кукареканье — просто «шум», «помехи»… Включили радио: она говорит, сначала угрожает, потом умоляет, в ответ ей он сначала возмущается, а под конец смягчается. Жалеет. Но наш-то пропускает все это мимо ушей. Ему, видите ли. важно понять, о чем идет речь—подавай смысл слова — О музыке молчу, спеть ничего не может, «Дубинушку» от «Аве Мария» не отличает. Но судить берется обо всем. «Это, — говорит, — камерное произведение, а это — старинный романс». И видит он тоже не по-людски. Нарисована рыба без хвоста Спрашиваем: чего ей не хватает? Не знает… Стоит наш логик у окна, смотрит на снег и думает: «Какое же теперь время года?» Рассуждает строго научно: «Какой сейчас месяц? Январь. Летний это месяц или зимний? Зимний. Следовательно, сейчас зима»… Всю школьную премудрость помнит, словно вчера вызубрил. Но и тут… Беседует с человеком, ест, кажется, его глазами, а к вечеру уже в лицо не узнает…

О правом; „.Всегда мрачен, огорчен. эмоционально подавлен — это он умеющий воспринимать жизнь сразу, всем своим существом. Там, где я, напрягая умственные силы, тысячу раз проверяя себя, нахожу наконец решение, он делает это шутя, в мгновение ока. Выбраться из леса для него — пустяк, он и не рассуждает вовсе, едва ли знает даже на север или на запад надо идти, он просто смотрит на какие-то деревья, полянки и с уверенностью утверждает: «Тут мы шли»… Честно говоря, он не слишком способен к языкам, да и на своем родном говорит почти что из-под палки… В тех бессмысленных, не несущих никакой разумной информации звуках, что всегда можно услышать вокруг, он различает свои «языки» — что-то ему говорят петух и стенные часы. Он выделяет из какофонии отдельные голоса, но чуть более сложная фраза на родном языке приводит его в недоумение. Его стихия — музыка. Не ритм, который я улавливаю лучше, чем он, а сама мелодия… Школа, институт, годы работы, накопление знаний — всего этого словно не было в его.. жизни, даже термины не удержались в его памяти, не говоря уж о сложных понятиях, а тем более о философских категориях. Он помнит березу за окном в первом классе, запах пончиков в школьном буфете и горелой изоляции в институтской лаборатории, но из-за чего она сгорела, прошло мимо его сознания…

Такая специализация полушарий головного мозга позволяет человеку рассматривать мир как бы с двух разных позиций, познавать объекты, пользуясь не только словесно-грамматической логикой, но и интуицией с ее моментальным охватом целого.